Первое правило королевы

Главное уже сделано, осталось совсем чуть-чуть. Инна Селиверстова, попавшаяся на пути, не в счет. Он уверен, что избавится от нее так же быстро и легко, как от губернаторской вдовы.

Инна натянула на щеки воротник свитера. Щеки были горячими, руки холодными, а шерсть колкой.

Ее противник отвернул пробку квадратной бутылки и плеснул себе немного виски. Он любил, чтобы все было красиво и по правилам. Виски и сигара были достаточно красивы и вполне в соответствии с правилами.

Он знал о ней все, потому что подобрался к ней очень близко, и был уверен, что убрать ее ничего не стоит.

Старый пень Мухин все-таки умудрился испортить идеальную схему — в самом конце, когда уже почти все было готово, вмешалась старуха, его вдова, а потом Селиверстова, которой кажется, что она очень умна.

Баба не может быть умной. Она может быть хитрой, изворотливой, лживой — но не умной, уж он-то точно это знает! Он отправит ее на тот свет, а потом все сделается так, как нужно ему, а не какой-то там бабе, барыне, интриганке, уверенной, что она лучше всех!

Она проглотила наживку, и острый металлический крючок скользнул внутрь и зацепился за ее внутренности, проткнул их насквозь — не сорвется.

Осталось только подсечь, вытащить и ударить обледенелым камнем по глупой рыбьей голове. И все. Все!

Инна Селиверстова возле своего окна, над которым висела одна на всех луна, улыбнулась.

Он все рассчитал, это верно. Она все время чувствует этот чужой расчет, чужие правила и то, как ловко он заставляет ее по этим правилам играть.

Хуже всего, что она так и не может догадаться, чьи они, эти правила!.."

"Он не учел одного. Она — серьезный противник, а не напуганная и почти помешанная губернаторская дочь. Что бы там ни было дальше, ему не удастся использовать ее так, как он придумал и запланировал. Пока игра шла только в одни ворота — в его, — и он уверен, что положение на поле не изменится. Хорошо, что он в этом уверен.

Пока он уверен, что умнее, у нее есть время. Как только он поймет, что она на самом деле опасна, он попытается немедленно ее уничтожить, и действительно неизвестно, удастся ли ей спастись.

Пока он наслаждается своей властью над ней, у нее есть несколько дней.

Инна сжала и медленно разжала кулак.

Значит, так.

Горничная Наташа, о которой никто в хозяйственном управлении ничего не знает. Темная машина. Бумаги, которые вдова должна была передать именно ей, Инне. Черная дыра в виске. Газеты с чернильными губернаторскими закорючками, сплетенными в ее фамилию.