Первый шаг Некроманта

Мне сказали, вы тут успели сдружиться, так что вот тебе мой указ: выполняй, что пожелает сын, разрешаю тебе доступ в библиотеку и чтоб в обиду его не давал. Всё. И да, пока он… такой, — обведя меня рукой и, очевидно, намекая на мою отстранённость, — учителей я нанимать не буду. Посмотрим, пойдёт ли ему на пользу самообразование. Теперь идите.

Признаться, большего мне и не надо — я разом получил свободу передвижения по всему поместью, возможность нормально питаться, вербовать союзников и в перспективе даже смогу выбраться в город!

Настала вторая стадия моего освобождения.

Теперь прошлое положение смягчается ноткой «гениальности». Ребёнок, показывающий феноменальные способности в обучении — это не то же самое, что обычный юродивый.

Возле столовой я прошёл мимо Марфы и посмотрел ей в глаза, оскалившись в улыбке. Надо было видеть это растерянное лицо. То ли ещё будет!

Много цифр и нежный поцелуй

Прошёл месяц с момента моего попадания в новый мир.

Борис Барятинский ежедневно принимал меня в кабинете и спрашивал об успехах в магическом обучении. Я глотал книги одну за другой, впитывая информацию ещё и по истории этого мира, о его флоре, фауне, обычаях, а также выучил некую «Бархатную книгу» со списком всех знатных фамилий — это мне пригодится при покорении императорского двора.

Да, я метил на самый верх. Ведь я был бы не я, если бы не захотел взять всё от перерождения. Прозябать в безвестности — удел слабых духом и всяких серых мышей.

Тем более, именно в столице самый большой источник знаний — библиотека Ярослава Мудрого, сосредоточение передовой мысли в магии.

— Барин, опять мимо рта кашу… Уже который раз, — что-то я замечтался.

Я принял платок от Семёна и вытерся. Мой процентиль, благодаря усиленному обучению, поднялся до пятнадцати. И вот что я успел узнать касательно рунической магии. Оказывается, здесь она скорее атавизм, ненужное искусство разбиения маны на составляющее.

Сейчас никто так не делал.

В здешней магии есть два способа создания заклинаний: руническая система и система «человек-источник». Почти все пользовались последней ввиду её быстроты, простоты и безошибочности. Магия опиралась на уровень владения стихиями, так называемый процентиль. Соответственно, у неё чётко ограниченные пределы.

Другое дело — руническая система. Ольга Дмитриевна, моя мать, не зря называла её магией для бедняков.