Первый, случайный, единственный

Наверное, чтобы объяснить свое восклицание «мон дье», которое он, по ее мнению, воспринял не так, как она предполагала, мадам Бувье сразу же взяла с каминной полки разговорник, полистала его, взяла ручку и, указав на несколько фраз, вдобавок что-то написала на вложенных в книжку чистых листках. Георгий посмотрел на ее запись, прочитал фразы, которые она ему показала в разговорнике, и засмеялся.

– Нет, я не обязательно при двадцати пяти градусах плаваю, – сказал он. – Что же, что зима? Совсем тепло, и вода хорошая.

Он тоже быстро пролистал разговорник и нашел фразы, которые отдаленно можно было считать переводом того, что он сказал. Но при этом он увидел, что мадам Бувье поняла его раньше, чем прочитала эти фразы, – что она поняла его сразу же, как только он их произнес.

– Элен, – сказала соседка, протягивая руку. – Ге-ор-гий… – повторила она, когда он представился, и переспросила: – Жорж?

– Можно и Жорж, – кивнул Георгий. – Как вам удобнее.

– Жоржетта, – сказала она, указывая на собаку, которая улеглась у камина, положила морду на вытянутые лапы и смотрела на Георгия так же доброжелательно, как ее хозяйка.

Потом соседка указала на Георгиеву голову, снова на собаку и засмеялась.

– Ну да, и я такого же цвета, – улыбнулся он.

Элен поставила на стол плетеную корзинку, которую принесла с собой, и достала оттуда три разной наполненности бутылки. Бутылки с виду были домашние, без этикеток, и заткнуты они были такими же домашними большими пробками.

– Кальвадос, – сказала Элен, указывая на одну из них.

Она извлекла из сумки огромное оранжевое яблоко и положила рядом с бутылкой.

– Яблочная водка? – догадался Георгий. – Спасибо.

Элен улыбнулась, полистала разговорник, и, читая вслед за ее пальцем, а еще больше – следя за ее легкими, как волны в заводи, интонациями, Георгий понял, что она хочет, чтобы он согрелся.

– Спасибо, – повторил он.

Элен достала из невысокой посудной горки, стоящей рядом с камином, две узкие рюмочки, принесла из кухни большую ярко-синюю керамическую миску и высыпала в нее из корзинки все яблоки.

– Камарг, – сказала она, указывая на яблоки.

Потом Элен придвинула к Георгию остальные бутылки и поочередно вытащила из них пробки, словно предлагая, чтобы он выбрал, которая ему больше нравится.

– Абрикосовая, – сказал Георгий, принюхавшись.