Пёс императора

– Именно потому что я еще хочу жить, я и обратился к вам, прежде чем что-либо предпринять, – усмехнулся Гектор. – Скажу честно, я не испытываю желания двигать это дело. Оно того не стоит. Я прекрасно знаю – и, поверьте, знаю об этом не только я, – что практически в каждом поселке есть такие травники, как вы. Мы их не задерживаем, пока речь не идет об откровенной уголовщине. Вы никого не привораживали, не калечили и не травили, все эти микстурки, – Дайд кивнул на список, – нужны для более эффективного лечения, ни для чего больше.

Морган явно расслабился, даже морщины на лице разгладились.

– Тогда зачем вы меня позвали?

– Я хочу получить ответ на один вопрос. Все-таки дело я не двигаю, что вообще-то является нарушением с моей стороны, и, если о нем узнают, у меня будут проблемы. Да и с Заком надо что-то решать, верно?

– С Заком? – Рид вновь нахмурился. – А с ним-то что? Эта жадная, сластолюбивая и завистливая псина уймется, только если ее удавить.

– Зачем же так радикально. Все решим проще.

Судя по всему, Морган осознавал, что находится в мышеловке, но не представлял, как из нее выбраться.

– Какой вопрос, Джон? – уточнил он, вновь напрягшись, и сложил руки на груди.

– Очень простой. Вы ведь учились в Грааге, верно? – Короткий кивок. – И одним из ваших однокурсников был его высочество Аарон.

Услышав это имя, Рид не просто напрягся, он буквально окаменел.

– Ну, был.

– Расскажите мне все, что знаете о нем.

Морган прищурился.

– Зачем обыкновенному провинциальному дознавателю информация о принце? Или вы… необыкновенный?

– Конечно, необыкновенный. У меня рог на лбу и хвост на попе, – хмыкнул Гектор, откидываясь на спинку стула. – Что, неужели непонятно? Я ведь работал в городе, а меня понизили до поселка. Хочу реабилитироваться. Я знаю: после открытия портальной ловушки первый отдел сделал вывод, что не всех заговорщиков переловили, и теперь их ищут. Возможно, ваша информация чем-то поможет, и я здесь не задержусь.

"Рид вновь расслабился – видимо, отчасти поверил. Что ж, Гектор и сам себе поверил бы, зная, что подобные «ссылки» в его комитете в качестве наказания действительно часто применяются.

– Мне нечего сказать, Джон. Я не был знаком с его высочеством. Видел его, разумеется, но не помню, чтобы хотя бы раз говорил с ним.

– А какой у него был характер? Как считаете?

– Амбициозный, полагаю. Принц ведь, еще и старший.