Пёс императора

На родниковой воде разные настойки и микстуры лучше получаются. А еще для шаманства природную воду надо брать, а не водопроводную. Из колодца – это на худой конец, но лучше из речки, озера или родника. Из родника желательнее, потому что чем вода подвижнее, тем она живее, тем в ней больше силы.

– Ничего не понял, – признался Риан обескураженно. – Зачем шаманам вода? И про какую силу ты говоришь? Не про магическую же.

– Про магическую. Только вы, классические маги, знаете лишь одну силу – человеческую, которая в энергетическом контуре содержится.

А у природы сила тоже есть, и в воде ее больше всего. В ветре тоже много, но ветер ты в банку не нальешь, верно? Эту силу мы и используем, когда колдуем.

– Интересно. – Судя по голосу, Риану действительно было любопытно. – А покажи мне что-нибудь из вашей шаманской магии."

"– Природную силу нельзя просто так расходовать, – сказала Тайра строго. – Иначе беды не миновать, накажет.

– Просто так и не надо, – возразил парень, наполняя третью флягу. – Покажи мне что-нибудь нужное.

Я бы очень хотел знать, что с мамой и сестрой сейчас, живы ли, в порядке ли. Сможешь это посмотреть?

– Смогу. Давай сюда фляжку. – Тайра приняла протянутую флягу, поднесла к губам и нашептала короткий заговор, которому ее давно научил отец. – Как сестру твою зовут?

– Анастасия.

Она кивнула и, закончив шептать, вновь отдала флягу Риану.

– Сделай один глоток. И скажи, какой у воды вкус.

Секундное молчание – и удивленный голос:

– Это… что? Родник такой? Вода же не пресная, а морская.

– Соленая?

– Да, соленая, и горькая еще.

– Жива твоя сестра, но плачет много, – вздохнула Тайра, почему-то пожалев незнакомую девушку. – Слезы ты ее почувствовал. Давай другую фляжку, про маму теперь узнаем.

– Другую?

– Да, другую. Эту я на сестру твою заговорила, нельзя поверх одного заговора другой накладывать, смешаются, непонятно будет. Чистая вода нужна. А эту вылей всю и новую налей, непригодна она теперь.

Через минуту, сделав глоток из второй заговоренной фляги, Риан не менее удивленно признался:

– А сейчас вообще… никакого вкуса.

Просто пресная вода.

– Уверен, что совсем никакого вкуса? – переспросила Тайра тревожно, пожалев, что взялась помогать. Еще не хватало… и не соврешь ведь.

– Никакого. Холод только, причем эта вода холоднее, чем предыдущая. Но так ведь не может быть?

– Может. – Защитница, как не хочется говорить! – Сестра твоя жива, хоть и плачет, но живая она, теплая. А мама… нет ее больше на этом свете.