Пешка в большой игре

 — Нужно ещё знать время и толщину стекла. Кстати, у вас есть оружие? Малокалиберка здесь не подойдёт.

Человек в кресле качнул головой.

— Может, гранатомёт?

Человек сморщил и без того морщинистое лицо.

— Придётся работать своим. Это будет стоить дороже. Но зато отпадают проблемы с толщиной стекла. Кстати, вы делаете поправки на инфляцию?

— Доллар только растёт.

— Неважно. Жизнь дорожает. И… смерть тоже.

На бледном лице промелькнула улыбка.

— Я думаю, что сумма составит… Как сейчас принято говорить — от пяти тысяч «зелёных».

— Резо Ментешашвили, кличка Очкарик.

Если исполнителю это имя что-то и говорило, то вида он не подал. Впрочем, Гена был уверен — через день-два он разузнает об Очкарике всё и учтёт его авторитет и вес в криминальном мире при определении конечной суммы. Значит, связи у него действительно крутые… И специалист отличный.

С этим мнением согласился бы и подполковник Голубовский.

— План операции я хотел бы получить за два дня, — сказал майор Плеско.

Каймаков уже столько раз рассказывал свою историю, что выучил наизусть и употреблял одни и те же слова и обороты.

Частные сыщики слушали внимательно, но без особой заинтересованности. Их было двое — мрачноватые мужики с крупными головами, широкоплечие и ширококостные. К их облику подошла бы военная форма или диверсионный камуфляж, как на охранниках у входа, гражданские костюмы с галстуками казались нарочитой маскировкой под обычных чиновников.

Кабинет выглядел весьма заурядно: тесный, с обшарпанными, голыми стенами, кое-где прикрытыми глянцевыми календарями, типовыми канцелярскими столами, раздолбанными стульями.

Вообще, второй этаж «Инсека» сильно отличался от директорского: ни толстого ковролина, ни чёрных дверей с необычными жёлтыми ручками, ни шикарной офисной мебели. Видно, сюда не забредали богатые заказчики и не имело смысла тратиться на подобную роскошь.

— Вы не ощущали, что за вами наблюдают?

Детектив постарше, на вид ему было под пятьдесят, обошёл стол и, присев на самый край, навис над Каймаковым. Теперь ему приходилось задирать голову, что создавало физический и психологический дискомфорт.

Поза сыщика была не случайной, она отрабатывалась десятилетиями и имела целью оказать именно такое воздействие на собеседника.