Пешка в большой игре

— Я никогда не заставлял себя просить…

У человека заметно дрожали руки и подёргивалась щека. Старый Джошуа узнал бы, конечно, рыжего геолога, понимающего толк в чае, но непременно отметил бы, что он сильно сдал. Верлинов подумал, что его тоже придётся гримировать.

— Но есть предел крепости, я уже выработал свой ресурс! Может быть, я сломался рано, но этот последний год под подозрением меня доконал, а особенно покушение… Я стоял на грани, понимаете, на грани…

— Конечно, понимаю, — мягко сказал генерал. — Но сейчас никакого риска нет.

Вы не покидаете территорию СССР, с вами постоянно находятся вооружённые бойцы охраны. Что может случиться? Пять минут перед видеокамерой — и всё! Вся экспедиция займёт три, от силы пять дней! Мы можем вывезти вас раньше, спецрейсом…

— Я боюсь выходить из дома! Я болен, мне надо лечиться! Ну снимите меня здесь, в каком-нибудь павильоне, или сделайте наложение…

— Плёнка должна быть абсолютно подлинной. Но раз у вас расстроены нервы, мы вам поможем. У нас есть психотерапевт-гипнотизёр, он модифицирует вашу личность.

Исчезнут опасения, пропадёт чувство тревоги, страха…

— Правда? — На лице разведчика мелькнула тень надежды.

— Конечно! — уверенно сказал Верлинов. Собеседник вышел из глухой защиты, у него появился интерес к разговору. Это главное. Самое трудное — заставить сделать первый шаг. Потом весь путь проходится незаметно.

В течение следующего часа начальник одиннадцатого отдела рассказывал отставному разведчику о многочисленных успехах психотерапии, и почти всё, о чём он говорил, было правдой.

— У меня невроз, мания преследования, я это прекрасно понимаю, — оживившись, говорил разведчик, и то, что он проявлял критичность самооценки, являлось хорошим признаком. — Меня направляли в санаторий, и в нашей больнице я лежал… Но сильного специалиста у них, видно, нет: микстуры, пилюли, капли да витаминные уколы.

— Сегодня же вы начнёте курс. — Верлинов глянул на часы. — В шестнадцать к вам приедут. Только… Вы знаете, как ревниво врачи относятся к вмешательству других специалистов.

Поэтому лучше не говорите ничего своему доктору.

— Само собой, — кивнул разведчик. — Да я уже давно в поликлинику не ходил — всё равно толку нет!

— И ещё… — осторожно, прощупывающе продолжал Верлинов. — С выделением Службы внешней разведки в самостоятельное ведомство иногда возникают проблемы взаимодействия… Та же конкуренция. Поэтому я попрошу не сообщать вашему куратору о наших контактах.

Хозяин молчал.