Пешка в большой игре

Отделение ОМОНа направили прочесать подозрительный дом.

Микроавтобус с ударной группой одиннадцатого отдела мчался к месту нахождения Клячкина.

Виктор Васильевич Клячкин, он же Фарт, он же Адвокат, он же Таракан и он же Асмодей, в оперативных планах московской резидентуры ЦРУ получил псевдоним Проводник. Об этом последнем он ничего не знал. Да и прозвища прошлых лет осели в глубинах его сознания. Сейчас он пребывал в сущности Асмодея.

Асмодей стоял в просторной, с высоким потолком комнате, носящей не явный, но всё же ощутимый отпечаток казённого неуюта.

Полукруглый эркер выходил на залитый ярким, чуть желтоватым светом уличных фонарей проспект. Несмотря на позднее время, по нему в несколько рядов мчались автомобили. Ровный шелестящий гул трущихся об асфальт шин достигал шестого этажа.

«О чём там они совещаются за закрытой дверью?»

Будто услышав его мысли, Семён вышел из кухни и стал рядом, глядя в высокое, со старинной рамой окно.

Прапорщик воспринимал проспект совсем не так, как Асмодей. Он искал опасность.

Подозрительных людей на почти пустых тротуарах видно не было. А вот белая иномарка, из которой удобно наблюдать за окнами конспиративной квартиры, ему не понравилась.

Сейчас приедут милиция, ударная группа и, конечно, спугнут неизвестных наблюдателей. Кстати, какой марки подозрительная машина? Неужели «Ауди»?!

Резко повернувшись, прапорщик прошёл на кухню, пошептался с Межуевым и выскочил в прихожую.

— Аккуратней там! По номеру один! — услышал он, набрасывая пальто.

Хлопнула дверь.

Этот звук разбудил Карандаша, дежурящего на следующей площадке. Перегнувшись через перила, он убедился, что сбегающий по лестнице человек вышел из двенадцатой квартиры. И кинулся на чердак доложить, что путь свободен.

Семён на ходу переложил пистолет из открытой поясной кобуры в правый карман пальто. Патрон, как всегда, в стволе, большой палец на предохранителе, указательный — на спуске. Тем самым нарушалась инструкция, но Семён всю жизнь работал не в кабинетах, а «в поле» и хорошо знал цену бюрократическим перестраховкам.

А также то, на чьей шкуре они сказываются.

— Один ушёл, — почти не понижая голоса, сообщил Карандаш в темноту чердака.

— Чего орёшь! — отозвался Мечик. И скомандовал: — Пошли!

Межуев вышел из кухни и вместе с Асмодеем смотрел в окно эркера. Его интересовала белая «Ауди» и то, что сейчас произойдёт.

— Вы можете найти мою жену? — неожиданно спросил Клячкин. — И ещё: когда всё закончится, я хочу уехать за границу. Мне нужна помощь.