Пешка в большой игре

И ничего плохого в этом не было, потому что только личная заинтересованность движет реальным живым человеком, хотя в былом, вымышленном штатными пропагандистами и агитаторами мире идеальные картонные человечки руководствовались исключительно директивными указаниями, идеологическими предписаниями и коммунистической сознательностью. Жизнь показала, что это ровным счётом ничего не стоит.

Дронов ожидал от успеха операции вполне конкретных и реальных вещей: звания полковника и должности заместителя начальника одиннадцатого отдела.

При дальнейшей трансформации отдела в самостоятельный главк должность автоматически становилась генеральской, а возраст ещё позволял ему поносить расшитые золотом погоны.

Поэтому звонок подчинённого в столь позднее время не вызвал раздражения, а только любопытство: какие новости принесло развитие событий?

Откинув одеяло, Дронов взял аппарат и прямо в трусах и майке прошёл в кабинет, осторожно переставляя в темноте мускулистые волосатые ноги и безошибочно обходя невидимые стол, стул, выступ трюмо.

Плотно прикрыв за собой дверь, он включил свет, опустился во вращающееся рабочее кресло и сказал только одно слово:

Как опытный службист, Межуев доложил вначале о приятных вещах: сотрудник ЦРУ Роберт Смит вышел на связь с Асмодеем, что и предусматривалось разработанным планом. Не успел подполковник от души похвалить участников операции, как майор скорбно сообщил: план может быть сорван уголовниками, преследующими Асмодея.

— За что? — Дронов пришёл в ярость.

— Не знаю. Да это в конкретной ситуации роли не играет.

— Да… Сейчас вышлю ударную группу.

— Может быть, лучше задействовать милицию?

— Надо действовать параллельно — слишком высока ставка!

Дронов достал из обвисшего на стуле пиджака записную книжку.

— Записывай номер. Николай Иванович. Это милицейский полковник, скажешь, что по моему поручению, и передашь приметы. А группу я всё-таки подниму…

Через десять минут по Главному управлению внутренних дел Москвы была объявлена тревога.

Искали белую «Ауди» и людей с приметами Гены Сысоева и Ивана, которые подозревались в разбойном нападении. Указывался и ожидаемый район появления предполагаемых преступников.

В том же районе и даже в конкретном доме были замечены трое неизвестных, похожих по приметам на беглецов из Армавирского следственного изолятора.

Автомобильные рации донесли сообщения до экипажей патрульно-постовой службы, ГАИ, вневедомственной охраны, десятков других специальных машин.