Пешка в большой игре

 — Передавай: — Вы совершили нападение на российскую военную часть. Немедленно прекратите боевые действия и…

Он запнулся, не зная, чего требовать от неизвестного противника.

— И сдавайтесь! — закончил фразу Саид.

Из динамика донеслась отборная русская брань, потом невидимый собеседник вновь перешёл на фарси.

— Что уничтожит всех, разрежет животы и снимет кожу, заживо сожжёт в костре, съест сырыми, — помедлив, перевёл Саид.

Взяв рацию, Васильев на универсальном, понятном всем языке пояснил, что он думает о Пахадыре и его ближайших родственниках и как относится к его планам.

Потом капитан связался с заставой.

— У нас тут бой, — отозвался Вороненков. — Помочь не можем. Запросил подкрепление, но когда будет — неизвестно. Удачи!

Замкомандира заставы отключился.

В это время из темноты донёсся леденящий душу вой, которым среднеазиатские басмачи и афганские душманы парализовывали волю противника перед атакой. Они были совсем близко и сжимали кольцо.

Выполняя инструкции Морковина, Каймаков дал себя успокоить.

— Я же не виноват, что так получилось, — жалко оправдывался Левин. — Я хотел как лучше!

— Да ясно, ясно… Я на тебя от страха напустился, — миролюбиво сказал Каймаков.

В дверь заглянула Верка.

— Мальчишки, идём чай пить? — Она была пьяна, щёки горели нездоровым багровым румянцем. — Можно ко мне домой поехать… А чего вы такие надутые?

— Иди, Верунчик, мы сейчас. — Каймаков, как мог, ласково улыбнулся.

— Ненасытная, сука, — пробурчал Левин, когда она закрыла дверь.

«Куда ты дел мой пакет, сволочь?» — вертелось на языке у Каймакова. Он с трудом сдержался и отрицательно покачал головой.

— Нет, домой надо. И охоты нет.

Когда Кислый шёл от метро к дому, он проходил мимо расстрелянной недавно шашлычной. Стёкла были уже вставлены, аппетитный запах говорил о том, что заведение функционирует. На входе стоял крепкий небритый армянин, внимательно рассматривающий входящих. Вот он остановил молодого парня в кожаном пальто, вышедшего из белой «Ауди-200».

— Покушать или по делу?

— К Арсену, — коротко ответил Гена Сысоев. — Я работаю на Седого.

— Какая мне разница, на кого ты работаешь! На седого, рыжего, лысого… Мне важно, чтоб порядок был!

Охранник быстро ощупал карманы и подмышки кожаного пальто.

— А то приходят бандиты, стреляют, убивают… Честных людей защитить некому… — бурчал он при этом. — Но мы земляка в обиду не дадим. Проходи!

Гена ничего не понимал.