Пешка в большой игре

Может, приврали…

— Как же так, в газетах писали — это неправда!

— Мало ли что там пишут! Ты вон тоже всякого написал… Давай налево!

Теперь они двигались по широкому, облицованному камнем коридору. Воздух здесь был заметно свежее и чище.

— Вентиляция работает?

— Уж лет двести. Никто не поймёт, как.

Путешествие под землёй продолжалось больше двух часов. Они прошли по сырым штольням, преодолели низкие лазы, побывали в гулких пещерах, с километр брели по журчащим в бетонном жёлобе нечистотам.

Каймакову то и дело слышались сзади шаги преследователей, раз в боковом коридоре мелькнули две зелёные точки — чьи-то глаза.

«Собака? — подумал он. — Или крыса?» По спине поползли мурашки.

— Приготовь оружие, — отрывисто бросил Васильев. — Здесь возможны неприятные встречи. Если что — стреляй.

— В кого? — нервно спросил Каймаков. — В крыс?

— В двуногих. Тут неподалёку коллектор канализации, через него всякая падаль — бомжи, беглые бандиты — сюда пролазит.

— А почему сразу стрелять?

— Да потому! Иначе глазом моргнуть не успеешь, как на тот свет попадёшь.

Вдруг впереди забрезжил свет.

— Что за чертовщина? — Васильев остановился и замер, вслушиваясь. — Вроде гул какой-то… Давай тихо…

Они осторожно крались навстречу свету и гулу. Наконец из-за поворота открылась удивительная картина: освещённый яркими прожекторами туннель, аккуратная круглая дыра в полу, люди в рабочих комбинезонах заливали её бетоном. Гул исходил от бетономешалки.

Васильев попятился обратно и, взяв Каймакова под локоть, потащил за собой.

— Что это? — спросил Каймаков, когда они отошли достаточно далеко.

— Чёрт их знает! Какой-то государственный секрет. Лучше не любопытничать — можно здесь и остаться…

Ещё через два часа Васильев вывел Каймакова на поверхность через эвакуатор номер сорок четыре.

— Никому не рассказывай, где ходил, — предупредил он. — А то можешь пропасть бесследно.

Каймаков вначале улыбнулся, но тут же понял, что спутник вовсе не шутит.

— Выходите! — повторил мичман.

— У него пистолет, — угрюмо сказал Прокопенко.

— Испугался! Он бьёт на пять метров! Зато вас двое и вы молоды. А ему под сто лет!

Крутаков уравнял скорость СПЛ и скутера. Верлинов, не оборачиваясь, ушёл с линии атаки и теперь как бы неподвижно висел чуть правее и ниже «малютки»,

— Давайте быстро! Упустите — пойдёте под трибунал! — заорал мичман. — А ты, сосунок, хотел с генералом целоваться, вот и целуйся! — рявкнул он на Тимофеева. Шутка казалась ему очень остроумной.