Петля

Все, как приказала Ваша Светлость.

Демонстративно присела в реверансе, а Воронов усмехнулся, и снова эти невыносимые морщинки в уголках его черных глаз, захотелось взвыть и заорать, чтоб не смел вот так улыбаться, что мне крышу рвет от его улыбки:

— Послушная маленькая Лекса? Неужели?

Хотел коснуться моей щеки, но я отшатнулась. Не нужно прикосновений, не то взорвусь и наговорю лишнего. Выпитое шампанское окончательно било по мозгам, и они отказывали думать и анализировать. Какой же он странно красивый, шикарный среди молодежи в рваных одеждах.

В этом неизменном элегантном костюме от Армани, черном пиджаке и светло серой рубашке… Идеальный… Определенно, ему подходило именно это слово. Ненавижу мерзавца.

— Верно… очень послушная. Ты приказываешь — я подчиняюсь. Таков уговор. Я помню.

Он прищурился и сжал мою руку сильнее, выволок из зала, потащил по коридору и, втолкнув в одну из комнат, захлопнул за нами дверь. Щелкнул выключателем, и помещение залил мягкий свет. Какая-то очередная комната для гостей типа кабинета, с маленьким круглым столом, парой кресел, стеллажом с книгами и неоновым аквариумом на всю стену.

В моей голове по-прежнему сильно шумело — адреналин кипел в крови, а музыка в зале орала так, что даже здесь ее было превосходно слышно.

— Правильно, Александра. Я приказываю — ты подчиняешься, — и вдруг совершенно невозмутимо добавил, — хочешь танцевать? Потанцуй для меня.

Я несколько секунд смотрела ему в глаза… Это вызов? Очередная игра? Унижение? Плевать… так потанцую, что ты забудешь, как тебя зовут, Воронов.

Усмехнулась, выдернула руку из его цепких пальцев и залезла на бильярдный стол. Посмотрела, как его густые, четко очерченные брови сошлись на переносице. Не нравится? Слишком вызывающе для такого сноба, как ты? Плевать. ПЛЕ-В-А-А-АТЬ.

Я начала плавно двигать бедрами, скользя ладонями вдоль своего тела, по груди, шее, поднимая волосы, извиваясь, приподнимая краешек и так короткого серебристого платья… ровно настолько, чтобы он мог видеть резинку чулок в сетку.

Его саркастическая усмешка исчезла, а взгляд снова стал тяжелым, медленно заскользил по моим ногам вверх. Туда, где пальцы приподняли подол платья. Я повернулась к нему спиной, выписывая плавные круги бедрами… вот теперь он смотрит только на меня. Я знаю. Наконец-то только на меня. И никаких чопорных старых сучек вроде Насти.

— Слезай оттуда, — голос чуть ниже обычного.

— Нет, мне и здесь комфортно.