Пиранья. Бродячее сокровище

 — А эти вот ребятки, у меня за спиной, долго проживут после завершения нашей сделки? Что-то мне подсказывает, что не заживутся они на этом свете…

— Вас что, волнует их судьба?

— С чего бы вдруг? Я их впервые вижу…

— Тем лучше, — с напряженной улыбкой сказал капитан Агирре. — Таких слишком много, это легко заменяемые винтики… Вам же самому не хочется, чтобы они стали потом болтать о нашей душевной беседе? Вот видите… Останемся только вы и я.

— И те, кто шпионил за чакрой, — напомнил Мазур.

— А если я все же откажусь?

Агирре сказал четко, раздельно, почти бесстрастно:

«Поводить его, что ли? — подумал Мазур.

 — Как карася на крючке? Долго и занудно обговаривать условия, детали… А смысл? Он прав — нельзя затягивать… Что, если американскую группу кто-то все же подстраховывал — и сейчас бьет тревогу?»

— Вы и в самом деле неплохой профессионал, капитан, — сказал Мазур великодушно. — Но от промахов никто не застрахован… а собственно, это даже не промах. Это недооценка партнера. Вы не меня недооценили — вы, простите, как сущий провинциал, недооценили контору под названием ЦРУ…

— Что вы хотите сказать? — быстро спросил напрягшийся капитан.

С обаятельнейшей улыбкой Мазур сказал, готовый к молниеносным действиям:

Он прекрасно понимал, что нервы у капитана сейчас напряжены до предела, есть от чего. И всякая искорка подозрения вмиг разгорится лесным пожаром…

Ну, а для надежности незаметно для капитана продвинул правую руку под пиджак, словно тянулся к пистолету.

Как и следовало ожидать, шпик взял его на прицел — но получалось, что и капитана тоже, они с Мазуром находились на одной прямой, и поди тут разбери…

Капитан взмыл с резвостью, какой и Мазур от него не ожидал, выхватив пистолет с похвальной быстротой, прицелился в своего же шпика. Сейчас он не думал, не взвешивал, не просчитывал вариант — судя по исказившейся, враз постаревшей еще больше усатой роже, капитаном овладел примитивнейший животный страх. Он слишком долго никому не верил, чтобы сохранять сейчас хладнокровие…

Шпик с пистолетом шарахнулся, как любой на его месте, выставив свободную руку, подняв ладонь, что-то испуганно заорал своему любимому начальнику (к которому, в свою очередь, вряд ли относился с детским доверием).

Второй так и стоял, удивленно хлопая глазами, ничегошеньки не понимая…

На какие-то мгновенья в стане противника возникла полнейшая неразбериха…

Мазур напряженно ждал, прижавшись к стене возле двери.