Пиранья. Жизнь длиннее смерти

Мазур вспомнил, что в нескольких километрах отсюда располагается здешняя приманка для туристов – пещерный город, кропотливо и старательно вырубленный в скалах каким-то древним народом, тысячи полторы лет назад по невезению своему исчезнувшим из большой истории.

С помощью мощной оптики он без труда рассмотрел пассажиров на передних сиденьях – точно, мирный цивильный народ, одетый ярко, пестро и легко, увешанный фотоаппаратами и еще какими-то причиндалами.

– Живо, все мажут рожи до полной неузнаваемости! Автобус подходит!

– Как-кой автобус? – машинально удивился Пеший-Леший.

– Попутный, – сказал Мазур. – Вот и голоснем на дороге…

Местечко словно специально было создано природой для лихого и внезапного разбойного налета на мирных путников – дорога петляла меж высоченных скал, по узкому ущелью, где при всем желании, при всей африканской лихости водителя не больно-то и разгонишься.

Автобус ехал совсем медленно – а там и вовсе затормозил, потому что дорогу перекрыли два дружелюбно целившиеся из автоматов субъекта с размалеванными рожами.

Шофер, очевидно, ученый жизнью в неспокойной стране, моментально выключил зажигание, убрал руки с руля и старательно вытянул их вверх, боясь шелохнуться. Викинг сделал многозначительный жест западногерманской трещоткой, и водила, опустив правую руку, дернул рычаг, дверь с шипением открылась настежь.

Мазур, не теряя ни секунды, запрыгнул туда, мимоходом двинул шофера локтем по шее под затылком, чтобы сидел тихонечко и не вздумал мешать.

Пеший-Леший пробежал мимо него в хвост, бдительно застыл там, поводя автоматом.

Мазур оглядел оцепеневших туристов. До омерзения мирный народ – несколько пожилых обоего пола, молодые парочки, парочки не особенно и молодые, в основном европейские рожи, хотя слева посередине сидят двое косоглазых, то ли японцы, то ли хрен их ведает… Он вмиг высмотрел единственного подозрительного типа, жестом указал на него Крошке Паше, и тот, понявши с полумысли, ухватил несомненного аборигена за шиворот, выволок наружу.

Физиономии у оставшихся были примечательные – все они медленно медленно осознавали, что увеселительная прогулка пошла наперекосяк, что случилось нечто неправильное, опасное… Вот-вот начнутся вопли, слезы и сопли, а этого следует избежать, панику нужно гасить в зародыше, чтобы не путались под ногами с визгом и не мешали работать, декаденты…

– Внимание! – рявкнул он, добросовестно коверкая свой английский на американский манер.