Пирог от сапожника

 – И как это сделать?

– За сутки до процедуры не кормить животное, а потом поставить ему клизму, – отрапортовал профессор. – Но раз уж не получилось, то не следует переживать. Несите больного, есть экспресс-метод.

– Через секунду кот будет у вас, – пообещала Бровкина и убежала.

– Убирайте все со стола, – начал распоряжаться Владимир Антонович, – нужна ровная поверхность без каких-либо предметов.

– Я не успел поужинать, – заныл Никита.

– Можно поесть на кухне, – предложила ему Рина, хватая солонку с перечницей.

– Не хочу есть там, где готовят, – капризничал милый родственник, – мне доктор велел питаться по часам.

– На кухне есть часы! – воскликнула мама Ивана Никифоровича. – Сядешь так, что будешь видеть циферблат!

Не прошло и пяти минут, как на столе образовалась пустота. По указанию Осипова я застелила столешницу клеенкой. Профессор открыл чемодан, вынул из него предмет, похожий на весы для младенцев, этакое корытце, под которым обычно имеется шкала с ползунком. Вместо нее у прибора оказалась панель с кнопками, от которой отходили шнуры.

– Поместите больного в капсулу, – велел Айболит.

– Где она? – завертела головой Бровкина.

– Перед тобой стоит, – буркнул Никита."

"– Положите пациента на спину, – уточнил профессор.

– Он не любит в такой позе находиться, – занервничала Рина.

– Делать нечего, придется смириться, – усмехнулся Владимир Антонович.

– Да, – хором ответили все, кроме Никиты.

– Меня нет, – сообщил врач. – Психологами доказано: если человек в полном восторге от жизни, он клинический идиот!

У меня зачесался язык задать несколько вопросов. Какие душеведы пришли к такому выводу? Кто проводил исследование? Где опубликованы результаты? Но я сумела побороть свое любопытство.

– Кот без эпиляции! – воскликнул академик.

– Зачем она коту? – изумилась Рина. – Волосы ему удалять не надо.

Осипов издал протяжный стон.

– С людьми, которые постоянно всему радуются, трудно общаться. Вы когда идете на УЗИ печени, живот от растительности избавляете?

– Нет, – снова хором ответили мы.

Глаза доктора округлились.

– Почему? «Утюг» не может скользить по зарослям.

– У меня на животе ничего не растет, – прошептала Бровкина.

– Ну… возможно, – вдруг согласился профессор. – В глубокой старости из-за полного исчезновения гормонов тело способно облысеть.