Письма (СИ)

Потом еще минут десять операция длилась…

- А как догадались, где нас искать? Быстро ведь нашли!

- А нам какой-то дядька сказал, что вы в его ауди сидите, он понял это по осадке машины, когда за Дударевым и Крюковым побежал.

Парни налили еще коньяка. И теперь выпили за восемнадцатилетние Рината.

- Мы с тобой! Мы рады, что ты нашёлся! У тебя все наладится! – желал Макс другу и выразительно взглянул на меня.

Ровно через пять минут после двенадцати все засобирались кто-куда. У всех есть новогодние вечеринки. Кроме меня.

Но я тоже засобирался. Ник развернул меня от двери.

- Нет, Лютик! Ты остаешься! И не дай бог…

Мы с Фарой остались одни. Я сел на краешек его кровати.

- Адам! Прости Ника, и меня тоже… - прошептал Ринат. – Конечно, иди домой! Ты ничего не должен мне! Правда!

- Должен… хотя бы понять. Я останусь.

И я остался. Правда, мы промолчали два часа. Я не знал, что говорить. Любые истории, сюжеты и объяснения казались сейчас фальшивыми. Естественным было только молчание, обоюдное прислушивание друг к другу.

Я разглядывал его левую руку, покоящуюся на простыне. Ухмыльнулся и положил на нее свою тонкую и маленькую. У меня мальчишеская, у него мужская. Но мы почти ровесники. Мне восемнадцать будет в сентябре! Мы разные. Он тоже разглядывал мою руку, смотрел грустно… Потом выбрался из-под моей ладони и пальцем стал водить по моему лицу, я позволял ему рисовать брови, нос, губы, линию подбородка. И это весь секс. И никаких приставаний, поцелуев, страстных порывов.

Я уснул рядом с ним, на его руке, прижавшись к его боку, практически свисая с кровати.

И когда утром пожаловала медсестра, на нас наорали, и меня выперли из палаты. Я только успел сказать:

Бамс! Комком бумаги по башке прилетела записка! Физичка, Наталья Юрьевна, тут же отреагировала:

- Лютый! Что за переписка на уроке! Скоро ЕГЭ, а у вас всё игры на уме! Сафаров! Не нужно отпираться! Я видела, кто кинул! К доске!

Ринат, хромая, идет между партами.

А я разворачиваю листочек. Написано. От руки. Мне.

Я так горжусь тобой! Ты просто демон, когда танцуешь.

Я ничего не понимаю в этих па, но я понимаю тебя, твои движения, они честные и смелые. Ты становишься не Лютиком, а Лютым! Ведь это неправда, что ты пообещал Бетхеру станцевать ему тет-а-тет? Я его шутки, видимо, перестал понимать! Я наивный идиот. В общем, фингал у него под глазом - это от меня.

Ты пойдешь сегодня в кино со мной? В этот раз без повязки. Если я вместо фильма буду смотреть на тебя, можешь мне треснуть по лбу.