Пленительные наслаждения

– Ты будешь со мной, пока мы не найдем твою маму, – пообещала Габби, ласково ее обнимая. – Я не оставлю тебя одну, карамелька моя сладкая!

Желтые, как лютики, кудряшки коснулись ее плеча. Затем Феба выпрямилась.

– Моя няня говорила, что английские женщины никогда не показывают своих чувств, – сказала она, сдерживая слезы.

– Мне ничего не известно об этом, – удивилась Габби. – Я немножко боюсь встречи с Питером. И уже тоскую по Кази-Рао. Мне ужасно недостает моего старого друга. Я бы чувствовала себя намного увереннее, если б он был рядом со мной, как и ты.

Феба, преисполненная собственной значимости, взяла Габби за руку.

– Не беспокойтесь. Я не оставлю вас одну. Но думаю, вам нужно подобрать волосы. Они опять растрепались.

Габби провела рукой по волосам.

Она сознательно не прикасалась к ним с самого утра, после того как соорудила на голове замысловатую прическу, надеясь встретить Питера в наилучшем виде. Сдернув шляпку, она попросила Фебу подержать ее.

По многолетнему опыту Габби знала: единственный способ создать из ее буйной гривы что-нибудь приемлемое – это начать с нуля.

Квил закончил беседу со стюардом и повернулся, чтобы уйти, но не смог сдвинуться с места. Его глаза были прикованы к Габриэле Дженингем. Она вытащила шпильки из волос, и огромная бронзовая масса во всей своей красе рассыпалась по ее спине. Он непроизвольно сделал глотательное движение. Чтобы леди распускала волосы в публичном месте? Такого он еще не видел. Тут же стояла толпа портовых грузчиков, моряков и рыбаков, а мисс Дженингем, Габби, весело трясла волосами! Мужчины, открыв рты, смотрели на восхитительную молодую леди таким взглядом, словно она при них раздевалась!

Квил в мгновение ока оказался рядом с ней, мрачный, как грозовая туча.

– Где ваша горничная, черт побери? – прошипел он.

Габби растерянно заморгала.

– У меня ее нет. Мой отец всегда считал это блажью. Леди, которая не может самостоятельно влезть в собственную одежду, ни на что не годится, говорил он.

– Леди не должна приводить себя в порядок на людях!

Только теперь Габби догадалась оглянуться вокруг.

– Боюсь, это уже вошло в привычку, – беззаботно засмеялась она. – Я имею в виду – находиться на людях. В нашей деревне мы с отцом были единственными европейцами. Аборигены носили мои локоны на груди и верили, что они принесут им удачу…

Она не успела договорить, так как мистер Дьюленд схватил ее за руку.

– Пойдемте, мисс Дженингем.