Пленительные наслаждения

– Габби, я так люблю тебя! – Он взял ее лицо в ладони. – Я не могу жить без тебя, ты знаешь это?

– Значит, теперь ты в меня влюблен? – хмыкнула Габби.

– Я не должен был лгать тебе, – повинился Квил, наклоняясь, чтобы ее поцеловать. – Но я рад, что сделал это, потому что, если бы я не обжулил тебя, у меня не было бы сейчас любимой жены.

– Ты не лгал мне, – улыбнулась Габби.

Квил задержал рот на волосок от ее губ.

– Ты был влюблен в меня, – продолжала его жена. – Просто ты не знал этого. «Горю я, изнываю и погибну», – прошептала она.

– Помнишь?

И он вспомнил жгучее желание, которое испытывал к невесте своего брата, и свои действия, поправшие все правила джентльменского поведения. Он застонал.

– Я полагаю, ты права. Ох, до чего же неудобно иметь смышленую жену! Я влюбился в тебя еще в порту. – Квил слегка задевал ее губами, очень мягко и нежно. – Но между тем, что было и есть, нет даже отдаленного сходства. Сейчас я по уши влюблен в тебя.

– О, Квил, – успела сказать Габби, прежде чем он закрыл ей рот поцелуем.

– Подожди. – Она оттолкнула его от себя. – Мне нужно срочно подняться.

Но у него были другие планы.

– Ты вылечила меня, – прошептал он. – Моя любимая жена исцелила меня, и я намерен услаждать ее день и ночь. И все это утро тоже.

Габби затихла. Глаза ее заблестели.

– Я тоже люблю тебя, ты знаешь это? Только человек, которого я полюбила так страстно, мог заставить меня натворить столько глупостей. Теперь я это поняла.

– Я удалю из дома все отравы, – пригрозил Квил.

– И тяжелые предметы тоже, раз у меня такая жена. И я в ужасе, – прошептал он около ее губ, – что наши дети унаследуют ее свирепый характер. – Он навалился на нее всей тяжестью своего тела.

– Квил! Мне нужно встать! Пусти меня! – Габби попыталась спихнуть его с себя.

– Не пущу. – Глаза его потемнели от страсти. – Я хочу, чтобы ты осталась со мной в постели.

– Но я не могу! – закричала Габби.

– А я не могу выпустить тебя из поля зрения. Я думаю отныне мы будем жить в постели.

– Тебе это не нравится?

Повалив ее на спину, Квил принялся покрывать ее нос и глаза поцелуями. Она извивалась под ним, пытаясь освободиться. Он плохо слышал, что она говорила, так как был слишком опьянен радостью.

Габби была вынуждена взвыть, чтобы он ее наконец услышал.

– Квил, ты должен отпустить меня! У меня очень специфическая реакция на лекарство Судхакара… мне кажется, будто я выпила целое озеро. Мне срочно нужно в сортир!

Квил разразился хохотом.