И не кажется ли тебе, что даже если взять твою гениальную мысль в работу, то слишком уж много телодвижений ради траха? Я тебя вырвал из лап тех, кто очень жаждал отыметь молодое тело во все дыры за долги отца, я твоего папаню на реабилитацию отправил, скажи мне еще, что такому человеку может быть плевать. Давай, скажи! А вот тебе плевать на всех и вся!
Мне казалось, что я не расслышала. Что придумала себе эту фразу. Не может быть…Он сделал это для меня? Что-то внутри надкололось."
"Леша рывком поднял меня с кровати и заставил развернуться к себе всем телом.
Медицинская сорочка плохо скрывала мою наготу, это первым делом и заметил Леша. Жадно поглощая контуры заострившихся от холодного воздуха сосков. Я поспешила натянуть одеяло на плечи.
— Ты отправил…отца на реабилитацию? — прошептала, продолжая смотреть в потемневшие глаза. Мужчина дернулся. Отвел от меня взгляд.
— Сказал то, что сказал. У меня нет привычки повторять. Не жди от меня заезженной пластинки. Не Кеша я тебе. И была бы ты для меня развлечением, не стал бы я впрягаться, ясно тебе? — грубо продолжил.
Между нами, словно что-то поменялось. Я не могла понять что…Просто это заставило меня впервые в жизни проговорить свой самый страшный кошмар вслух. Услышанное завязало плотную веревку на моей шее и спустило защитный механизм. Я беззвучно заплакала. Леша взял мое лицо в свои теплые ладони провел большими пальцами по щекам, стирая всякое упоминание о слезах. Новый поток хлынул незамедлительно. Из горла вырывались полустоны, полувсхлипы.
— Я убийца. Я убила свою мать, — глядя в глаза мужчине, прошептала. Его лицо стало излучать невиданное ранее осознание, боль, принятие. Леша столкнулся лбом с моим. Запах сигарет, мужского одеколона оседал на губах.
— Вы попали в аварию, насколько мне известно.
— Из-за меня. Из-за того, что я в очередной раз устроила кордебалет родителям. Я виновна в смерти самого близкого человека. Так заслуживает такая тварь жить или нет? Скажи мне?
Правду, скажи мне чертову правду. Я тварь. Не заслуживающая хорошего к себе отношения? Счастья? Или я ошибалась во всем и сразу?
Мужчина провел костяшками пальцев одной руки по скуле и прошептал в губы.
Покалывание усиливалось. Я смотрела в его глаза и замирала. На месте. Как будто хищник гипнотизировал жертву.
— Ты не виновата в том, что случилось, Мира. Ты должна жить дальше, двигаться вперед, несмотря на боль потери. Твоя мама не хотела бы для тебя такой участи, девочка. Я не дам тебе угробить ни себя, ни отца.
