– Но животное очень и очень привлекательное!
Я с ужасом посмотрела ла нее, но тут же поняла, что она совершенно права: я, Элеонора Бринтон, действительно мало чем отличалась от какого-нибудь животного, поскольку была всего лишь рабыней. Нет поэтому ничего удивительного в том, что ее и ведут за собой на грубой, обтрепанной веревке, которой наверняка стреноживали прежде на ночь толстого боска или вечно грязного, ленивого верра.
Я закусила губу и отвернулась.
Ена накинула мне на голову прозрачный капюшон.
– Они готовы! – взволнованным шепотом сообщила выглядывающая из палатки девушка.
– Выводите ее! – приказала Ена.
Девушки взяли у нее из рук веревку и повели за собой. К нам присоединились несколько находившихся у палатки мужчин и невольниц.
Меня подвели к небольшой площадке, расчищенной у шатра Раска из Трева. Он дожидался, прогуливаясь у откинутого полога. Меня поставили прямо перед ним. Я с трудом подняла на него испуганный взгляд.
Некоторое время мы молча смотрели друг на друга.
– Развяжите веревку, – распорядился наконец Раск.
Шедшая позади меня Ена развязала давивший мне горло узел и отдала веревку одной из сопровождавших меня девушек.
Я стояла перед Раском со связанными за спиной руками, в прозрачном шелковом одеянии и в скрывавшем мои волосы капюшоне.
– Развяжите ей руки, – приказал Раск.
Он вытащил из-за пояса жесткий, грубой выделки ремень, которым тарнсмены обычно связывают своих пленниц. Он не был украшен драгоценными каменьями.
Ена развязала мне руки.
Мы с Раском продолжали смотреть друг на друга.
Он медленно подошел ко мне и откинул удерживающий мои волосы прозрачный капюшон. Я стояла не шевелясь, выпрямив спину.
Неторопливо, одну за другой он вытащил четыре шпильки, закалывающие у меня на волосах тонкую сеточку, и отдал их стоящей рядом девушке.
Освободившись от неволи, волосы густым каскадом хлынули мне на спину и разметались по плечам. Ко мне тут же подскочила молоденькая невольница и быстро расчесала их деревянным гребнем.
– Она хорошенькая, – долетели до меня слова обменивавшихся впечатлениями невольниц.
Раcк отошел от меня на пару шагов и остановился, все так же не спуская с меня глаз.
– Снимите с нее накидку, – распорядился он.
Ена распахнула на мне полы накидки, и алые шелка скользнули к моим ногам.
Девушки из рядов зрителей от восхищения затаили дыхание. Некоторые из воинов в знак одобрения ударили древками своих копий о щиты.
– Подойди ко мне, – приказал Раcк из Трева.
