А в иных городах рабыни чувствуют себя более свободными и счастливыми, чем так называемые свободные женщины.
Я снова посмотрела на реку. По берегам тянулись ясно различимые в рассеивающемся тумане хижины и деревянные строения. Вода на спинах тянущих баржу тарларионов тускло блестела в неярком солнечном свете.
– Не будь такой грустной, Эли-нор, – сказала Юта. – Когда на тебя наденут ошейник и у тебя появится свой хозяин, ты почувствуешь себя более счастливой.
Я с неприязнью посмотрела на эту маленькую дурочку.
– У меня никогда не будет ни ошейника, ни хозяина, – ответила я.
– Нет, ты хочешь получить и ошейник, и хозяина, – рассмеялась Юта. – Просто ты либо этого еще не осознаешь, либо не хочешь в этом признаться!
Бедная глупая Юта. Она не знает, что я буду свободной. Что я вернусь на Землю. Я снова буду богатой и могущественной! У меня самой будут слуги! У меня будет свой дом и новый, еще более мощный спортивный автомобиль!
Я усмехнулась.
– А сама-то ты была когда-нибудь счастлива со своим хозяином? – язвительно осведомилась я.
– Да! Конечно! – с горячностью воскликнула Юта; глаза у нее засверкали от радости.
Я снова почувствовала к ней неприязнь.
– И что же между вами произошло? – поинтересовалась я.
Юта потупила взгляд.
– Я попыталась навязать ему свою волю, – ответила она.
– Вот он меня и продал.
Я отвернулась.
Туман почти рассеялся, и яркие лучи утреннего солнца рассыпались по поверхности воды.
– В каждой женщине, – продолжала Юта, – уживаются одновременно свободная спутница мужчины и рабыня. Свободная спутница ищет своего спутника, равноправного партнера, а рабыня стремится иметь рядом человека более сильного, способного ее защитить – хозяина!
– Это полный абсурд, – возразила я.
– Разве ты не женщина? – удивилась Юта.
– Конечно, женщина, – ответила я."
"– Значит, живущая в тебе рабыня вне зависимости от твоего желания стремится обрести над собой повелителя, хозяина. Это происходит помимо твоей воли, подсознательно, поэтому ты можешь об этом даже не догадываться.
– Ты просто дура! – не выдержала я. – Самая обычная дура!
– Ты – женщина, – спокойно возразила Юта.
