Пленница в башне

Испанские женщины знают, что все это сказки, но нам, в свою очередь, нравится жить в теплых домах и быть окруженными заботой. Ваших женщин, там, в Англии, это не привлекает? Вы добиваетесь, чтобы мужчины к вам относились как к равным?

— Я убеждена, что женщины должны быть равны с мужчинами. — Ванессе захотелось чем-то занять руки и она начала развешивать в глубоком шкафу принесенные Барбарой платья.

Повернувшись от гардероба, она в какое-то мгновение заметила, что Барбара разглядывает ее своими темными глазами, склонив набок непокорную голову.

Это что-то новенькое, казалось, говорила ее поза. По некотором размышлении Ванесса пришла к выводу, что девушка провела всю жизнь на острове среди испанцев и вряд ли имела возможность встречаться с европейцами, чтобы составить хоть какое-то представление о внешнем мире.

— Вполне вероятно, что женщины с мужчинами и равны, — произнесла девушка, — но благоразумнее предоставить мужчинам возможность придерживаться обратного мнения. Мы много потеряем, если они станут думать, что мы обладаем такими же способностями, как и они.

Почтительность и желание покровительствовать в них просто погибнут. У вас в Ордазе был жених?

Ванесса покачала головой, раскладывая по ящикам комода белье и чулки:

— Мы с дядей вполне довольствовались обществом друг друга.

— Но ведь когда-нибудь настанет момент, когда вы захотите выйти замуж? — Барбара бросила огрызок яблока в пепельницу на столике. — Жить без любви, должно быть, очень тоскливо. К тому же, вы не сможете иметь детей. Я хочу быть любима, но мой мужчина должен обладать мужественностью.

Ванесса с улыбкой обернулась к ней. Слово, которое употребила Барбара, несомненно, означало то же самое, о чем говорил ей дон Рафаэль по дороге в замок. Видимо, эти люди придавали большое значение наличию в представителях мужского пола дерзости и мужества. Склонив голову, она прикоснулась рукой к яблочно-зеленому халату, который мягко поблескивал, облегая ее стройное тело:

— За него я тоже должна благодарить вас, мисс дель Куирос?

— Пожалуйста, называйте меня Барбарой, потому что и я собираюсь звать вас по имени! — Девушка обхватила колени загорелыми руками и улыбнулась.

В ее лице не осталось и тени той угрюмости, которую Ванесса заметила на пляже. Очевидно, в тот раз знатный кабальеро, как она называла своего отчима, был излишне строг с ней, потому что сейчас она производила впечатление открытого и жизнерадостного человека. Ее темные глаза снова обратились к Ванессе:

— Нет, халат не мой.