Пленница в башне

Но, в конце концов, сон простер свои крылья над ее измученным разумом и унес прочь от раздумий о том внезапном повороте, который случился в ее судьбе.

Проспав несколько часов подряд, она внезапно проснулась и сквозь противомоскитную сетку, которая окутывала ее постель, увидела, что кто-то входит в комнату. Это оказалась неприветливая Консепсьон, держащая в руках поднос, на котором стояли блюда под серебряными крышками, кофейник и чашка с блюдцем. Консепсьон поставила поднос на столик перед кроватью, открыла жалюзи, после чего откинула муслин, которым была завешена кровать.

— Вы хорошо спали, сеньорита Кэррол? — вежливо поинтересовалась она, взбив подушки за плечами Ванессы и устанавливая поднос ей на колени.

Ванесса с улыбкой кивнула и приподняла серебряную крышку с блюда, на котором лежало несколько хрустящих кукурузных лепешек.

— Спасибо, что опустили сетку, — сказала она, — боюсь, сама бы я об этом не вспомнила.

Высокая худая женщина в длинном черном одеянии уже собиралась было уйти, но при этих словах обернулась к Ванессе.

— Это не я опустила сетку, сеньорита. Я не заходила к вам с тех пор, как несколько часов назад ушла отсюда. — По-английски она говорила с сильным акцентом, но вполне понятно. Несколько мгновений Ванесса не сводила с нее глаз, непроизвольно вцепившись в горлышко бутылочки с соусом Табаско. — Должно быть, это сделал кто-то другой. Наверное, сеньорита дель Куирос.

Женщина склонила свою темную голову и бесшумно вышла, прикрыв за собой дверь так, будто малейший стук мог причинить беспокойство гостье кума.

Ванесса налила кофе в бледно-зеленую чашку и добавила из маленького серебряного кувшинчика сливок. Следовало побороть боль от воспоминаний, которые снова нахлынули на нее, и с этой целью она мужественно принялась за крошечные хрустящие торталетки, тающие во рту грибы и маслянистые колечки картофеля со шпинатом в серединке. На сладкое было банановое суфле с кусочками ананаса и дольками мандарина.

Ванесса почти не ощущала вкуса, но поела и, наконец, с чувством облегчения отставила поднос.

Она снова откинулась на подушки и, наткнувшись при этом рукой на сетку, снова принялась размышлять о том, кто же входил в ее комнату, пока она спада, и защитил от нападения москитов. Не приходилось сомневаться, что эти люди заботятся о своих гостях, но независимый дух Ванессы восставал против того, чтобы сдаваться на милость дона Рафаэля де Домерика.