«Манеры его необыкновенно просты, хотя не лишены того достоинства, которое сопряжено с такими успехами, — писал о нем мемуарист. — Он любим всеми сословиями и в счастье ведет себя таким образом, что не возбуждает зависти». К этому добавим красоту и обходительность этого гиганта — от него млели все женщины, наконец, вспомним удачливость и славу Орлова, которая как шлейф тянулась за ним всю его жизнь. Эта слава была одновременно и скандальной, и истинной. Скандальную славу Алексей Орлов добыл себе в Ропше, где стал одним из убийц императора Петра III, а истинную — на Средиземном море, где в 1770 году он руководил Морейской экспедицией русского флота, который одержал блистательную победу над турецким флотом при Чесме.
И вот когда Орлов отдыхал после трудов ратных в Италии, жизнь и Екатерина приготовили ему еще одно испытание — выманить и захватить «побродяжку». Роль приманки он сыграл отменно. Как только самозванка под именем графини Сининской появилась в Пизе, к ней явился секретарь Орлова и пригласил в гости к графу.
Тот принял ее с роскошью, сумел понравиться и даже влюбил ее в себя. Не без циничной гордости своими выдающимися мужскими достоинствами, о которых знали все шлюхи Петербурга, он писал в отчете на имя государыни: «Она ко мне казалась быть благосклонною, чего для я и старался пред нею быть очень страстен. Наконец, я ее уверил, что я бы с охотой и женился на ней и в доказательство хоть сегодня, чему она, обольстясь, более поверила». 22 февраля 1776 года она поехала с Орловым из Пизы в Ливорно, отобедала на берегу, а потом согласилась подняться на борт стоящего на рейде флагманского корабля эскадры адмирала Грейга «Три иерарха».
Так она оказалась на территории Российской империи, где и была задержана. Но не без иезуитского коварства: переодетые в священнические рясы матросы разыграли комедию «венчания», а потом капитан арестовал «молодоженов». Тем временем корабль снялся с якоря. После этого якобы арестованный Алехан «тайно» переслал «супруге» записку. Он «с отчаянием» сообщал, что его держат под арестом и что он просит возлюбленную потерпеть, обещая освободить ее из заточения при первом же удобном случае.
Вся эта ложь нужна была только для того, чтобы самозванка сохраняла иллюзию надежды, не затосковала и не умерла бы с горя во время долгого плавания к берегам России. Сам Орлов сел в шлюпку, вернулся на итальянский берег и письменно рапортовал Екатерине: успех обмана полный, самозванка «по сие время все еще верит, что не я ее арестовал»...
