Плохой парень

—Любить, ценить и уважать, что с ней еще делать, сын? И как она должна вообще на тебя как на мужчину посмотреть, если ты мужские поступки втихаря делаешь? Мысли прочитать? Запомни, ты все должен проговаривать, даже если тебе что-то кажется очень очевидным. Женщины любят ушами, хотя поступки, конечно, важнее. Ты поступки вперед, а затем словами умаслил, все. К сожалению, просто поступки не катят, это я тебе как муж со стажем говорю. Который иногда виноват в том, что дышит. Но это по секрету, — последнее уже с улыбкой произносит.

И я лыбу начал тянуть, потому что понимал, о чем речь, хоть родители при мне и не ссорились, но иногда я уже мог считывать напряжение. Оно быстро сходило на нет, стоило бате цветы подарить, на свидание пригласить. Вот сколько мне лет, столько он мать на свидания и звал, да и будет звать.

Он спросил меня таким тоном, как будто дело касалось жизни и смерти. Как сейчас помню, что с гордо выпяченной грудью ляпнул ему тут же:

—Тогда делай что-то, чтобы она об этом тоже знала, и не смотрела по сторонам как сорока на все сверкающее.

Мне семья Рахманиновых нравится, ты знаешь, Валя умная девочка, ты у меня не дурак. Что еще надо? И завязывай с курением, зачем оно тебе? Ладно я. На мне ответственности во, — показал уровень по шею ребром ладони, — а ты приседай, если вообще держаться не получается, или отжимайся. Валька только больше смотреть будет…

Да и было на что смотреть даже тогда. Курить бросил, словам внял. Впереди был гребанный бал, на который идти надо было с парой, а у нас тогда одни парни были.

Все как один с бабами, да и у меня аж трое могли станцевать со мной, но я что? Ломал Карину через колено, чтобы она поныла Вальке, мол мне танцевать не с кем.

Сестра у меня мировая всегда была, сразу поняла, что к чему и почему. Да и видела она все, по-заговорчески улыбнулась и тянула кота за яйца пару дней, чем меня из себя выводила.

А потом просто поставила перед фактом.

—Она согласна, коротко раскинь ей, какие там требования к платью.

У меня не было никаких требований к платью, кроме одного — его полное отсутствие.

Но тогда я чуть на горящем пердаке не подорвался и не взлетел в космос от радости. Как пацан. Ну хотя почему “как”?

И начались тренировки, от которых у меня перманентно в мозгах кисель был, а в штанах дубинка. Тренировались много и часто, но мне все было мало, если анализировать общее время, проведенное с Валей.

Мне было мало ее всегда. И чем больше я рядом был, тем меньше мне было Рахманиновой.