По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

И крепчайшие цепи, которыми когда-то сковали Хозяина Костяной Горы, не порвались, и этот рывок лишь ещё сильнее затянул петлю на его шее.

М-мало!.. Нужно больше, больше силы!!! Способности Дравэрина на полную!!!

Бешеный поток пустарной энергии вливается в Силу, мышцы распирает от непостижимой волны могущества и я с пронзительным боевым воплем делаю новый оборот! Несмотря на отчаянное сопротивление бьющейся подо мной мифической твари, я стою твёрдо и, сцепив зубы, с каждым шагом давлю всё сильней и сильней!

И, наконец, с очередным витком цепи смыкаются подобно смертоносной хватке самого Баглорда, и перекрывают дракону воздух! Величественный монстр, вдруг осознав, что он больше не может сделать ни единого вдоха, заметался с новой силой, но все было тщетно — удавка затянулась окончательно.

Силясь с сиплым хрипом втянуть хоть немного воздуха в горящие лёгкие через передавленную шею, он из последних сил скрёб по ней когтями, сдирая собственную чешую и пропарывая толстую, бронированную шкуру, но прижатые к телу скованные лапы не позволяли вонзить длинные острия глубоко в плоть и разорвать глотку.

Это… это что… конец?! Нет! Нет, я отказываюсь!

Он ринулся вперёд изо всех сил, натянув оглушительно звякнувшие от натяжения цепи, которые впиваются в шею с новой волной боли.

Я ни за что не оставлю её, не покину!!! НИКОГДА НЕ ПОКИНУ!!!

Неверяще распахнув выпученные глаза с сеткой лопнувших сосудов, черный дракон устремил полный отчаяния взгляд на панически трепыхающееся сердце, с которым он был связан и телом, и душой, и которое в этот самый момент чувствовало каждую частичку терзающих его страданий.

Прости! Прости меня!!! Я!.. я…

Зрение медленно угасало, и тьма с каждым мгновением всё сильнее застилала его взор…

Я… я не сдержал обещание! Не смог!.. Подвёл…

Из затухающих глаз неумолимо утекала жизнь, и истерзанное сердце в его груди делало свои последние, надрывные удары.

На пол упала одинокая слеза, предсмертная судорога сковала могучее драконье тело, и смерть, наконец, настигла Хранителя Костяной Горы, вся грозная сила которого оказалась бесполезна перед хитростью мерзкой лимрачной твари, которую ненавидит весь Древнир.

Из моей груди вырывается протяжный вздох, я пошатываюсь и измождённо падаю на колени.

Облизнув пересохшие губы, неверяще провёл подрагивающими от напряжения пальцами по блестящей чешуе поверженного дракона.