По дороге разочарований… (СИ)

В новом завещании он упомянул жену, и что самое интересное меня, назвав приемным сыном, а о дочери отозвался, как об отрезанном куске, вообще вычеркнув ее из текста завещания, по причине ее «позорного поведения приведшего к моральным и финансовым убыткам для всей семьи». И именно эта строка стала причиной для зарождающегося скандала. Женщина, тут же обвинила во всем именно меня, и пригрозила подать на меня в суд, обвинив в мошенничестве и в том, что я втерся в доверие ее семьи и тем самым лишил ее наследства.

То, что дело было заведомо проигрышным для нее, было известно уже давно. Еще когда был жив дядюшка Джо, меня просветили во все обстоятельства отъезда Кэтрин в Канзас. Все было достаточно просто. Чуть раньше, девушка связалась с каким-то заезжим актером, а после и вовсе утащив из дома некую сумму денег, предназначавшуюся для оплаты какого-то долга, уехала вместе с ним в Лос-Анжелес. Правда, это путешествие продлилось недолго. Уже через месяц родители получили телеграмму с просьбой выслать денег, или же просто забрать ее оттуда.

При этом, девочка совсем не подумала о том, что телеграмму прочтет кто-то еще. В результате уже на следующий день весь Манзанито, знал о том, что она попала в стесненные обстоятельства, и в чем их причина. Остальное додумали местные сплетницы, и как ни странно их домыслы, оказались недалеки от истины.

После возвращения блудной дочери, под родительский кров, Кэтрин, некоторое время провела взаперти, а после, всеми правдами и неправдами ее выдали замуж, и она отправилась в штат Канзас, поклявшись, что ее ноги не будет в отчем доме.

Со временем, обиды и сплетни несколько поутихли, и хотя, Кэтрин ни разу до смерти отца не появлялась в Калифорнии, но никогда не отказывалась от денежных переводов, отправляемых ей к каждому празднику. Свое обещание она нарушила именно сейчас, когда умер отец, и пришло время делить наследство. Возможно, история поведанная мне доброжелателями и была несколько иной, но в тот момент, когда при объявлении завещания Кэтрин попыталась поднять скандал, судья, присутствующий при вскрытии завещания, улыбнулся и произнес.

— Вам, милочка, напомнить, что произошло здесь десять лет назад, или же вы все-таки сожмете свои милые зубки, и спрячете за ними ваш любвеобильный язычок. — И Кэтрин, тут же заткнулась.

По дороге домой, тетушка Бенедиктина, отозвала меня в сторону и произнесла.

— Прости Дик, я понимаю, что Кэтрин не права, но иначе я поступить не могу.