По кличке Рейнджер

В нем сидели две торговки водкой и пьяный очкарик со следами былой интеллигентности на изможденном лице.

Грубый сержант уселся на переднее сиденье, а старший лейтенант и старшина отправились на дальнейший промысел.

Шарифова усадили на жесткое сиденье с порезанным коричневым дерматином, рядом с пьяницей. Тот мрачно покачивался взад и вперед и время от времени глубоко и отчаянно вздыхал.

Шарифов наливался злостью. Можно держать в руках нити операций, приносящих миллионы долларов. Можно оптом скупать генералов МВД, прокуроров и таможенников.

Можно заводить карманных депутатов. И все равно – ты ничто перед милицейской мордой, у которой план на доставку в отделение кавказцев.

– Тебя-то за что? – обратился к нему пьяница. Язык его заплетался.

– За горбатый нос. Пластическую операцию надо делать, дружище. Без этого долго не протянешь.

Шарифов усмехнулся. В словах пьяницы была доля истины.

– Не, ну что творится? – не унимался пьяный. – Пить нельзя. В кепке-«аэродром» ходить нельзя.

Тут как тут. «Наша служба и опасна, и трудна», – запел он.

– А певцу сейчас аплодисмент. По роже, – лениво откликнулся сержант.

– Во. И петь нельзя. – Пьяница опять качнулся. И повернулся к Шарифову: – Из Грузии залетел?

– В России живу, – сказал Шарифов.

– Во, вижу что-то родное в тебе. А ты, оказывается, русский. – Пьяница икнул.

– Это где ты в России живешь? – встрял в разговор сержант.

– О, земляк. – Пьяница хлопнул его по плечу, и Шарифов едва сдержался, чтобы не врезать по этой руке, а лучше – сразу по физиономии.

 – Я тоже оттуда. Служил в этой дыре. Родине столько лет отдал. А за что? Ни за хрен… Земляк, они думают, я алкаш. А я – кандидат наук. Химик.

– Химик, – хмыкнул сержант. – Из тех, которые на химии сидят?

– Биохимик. Я под этим долбаным Болотниковом, в этих долбаных болотах, под этой долбаной землей знаешь сколько лет проторчал? Психотропы удумывали.

– Удумщик, – еще наглее ухмыльнулся сержант.

– Ты что, под Болотниковом служил? – спросил он.

– Так там ничего нет.

– Это тебе кажется, что нет. А было, – хитро потряс пальцем пьяница.

– Никогда бы не подумал.

– Тс-с, – тот прижал палец к губам. – ЦРУ не дремлет.

– Трезвяк по тебе не дремлет, – сообщил сержант.

– А прав, служивый. Все ЦРУ давно в Кремль переехало… Ну, была у нас под Болотниковом лаборатория. Не, я правда биохимик. Знаешь, какой самогон гнал.

Он икнул, привалился к сиденью и замолк, пьяно всхрапнув.