По кличке Рейнджер

Но если быть честным, слава не утомляла. Слава грела. Слава поднимала дух.

Впрочем, сейчас дух Люды могла поднять только одна вещь в мире. Певица вновь страстно желала открыть дверь в тот самый реальный из миров и расстаться с этими тенями и отражениями, которые самонадеянно мнят себя людьми.

«Ил-86» вырулил на взлетную полосу. Трепетно задрожал. Заревели двигатели, приглушенные обшивкой. Лайнер начал движение. Он разгонялся все быстрее. И наконец оторвался от земли. Резко задрал нос, пробил облака. На секунду двигатели будто ослабли, и машина ухнула вниз, так что у каждого пассажира внутри стало пусто, мороз пробежал по коже.

Люда сидела, проглатывая комки в горле и борясь с ватой, которая закладывает уши. Вскоре лайнер набрал высоту и взял курс на Семиозерск.

Певица летела одна. Давид, танцоры и музыканты из ее группы отбыли еще вчера. Им предстояло подготовиться к концерту, разобраться с залом, аппаратурой. Люде же подергаться под фонозапись – долгой подготовки не требуется.

Внешне Люда выглядела обычно. Даже более спокойной и уравновешенной, чем всегда. Но внутри словно бушевал необузданный торнадо. Главная часть ее существа содрогалась в предчувствии сладкого мига.

Погасли надписи «не курить», «пристегнуть ремни». Стюардесса разъяснила все – на какой высоте проходит полет, какова температура воздуха за бортом и какое время прибытия в аэропорт Семиозерска.

Люда отстегнула ремни, поднялась с кресла и, задевая локти дремлющих пассажиров, прошла в туалет.

Запершись, Люда смочила водой лицо, вытерла его салфеткой. Подвела веки. Подкрасила губы ярко-красной помадой – реклама долдонит, что она не стирается, но врет безбожно. Еще как стирается. Припудрилась. Осмотрела себя в зеркало.

Она не торопилась. В последнее время она училась оттягивать миг откровения. Тогда он обрушивался на нее с особой живительной силой.

Решив, что выглядит вполне пристойно, она наконец неторопливо развернула конфетный фантик и вынула таблетку.

Ничего, Жиган обещал сегодня еще таблеток. Если таблеток не будет… Ох, если их не будет… Но думать об этом не хотелось. Зачем думать о призрачном будущем призрачного мира? Надо жить настоящим. Жить этой последней таблеткой.

Она зажмурилась. Неторопливо поднесла руку ко рту. И быстро кинула на язык таблетку. Проглотила ее.

Прошла на свое место. Уселась в кресло. И прикрыла глаза.