По кличке Рейнджер

Люду устраивал этот азербайджанец с его крепким мускулистым телом. Он заводился моментально, как хорошо прогретый двигатель. И работал долго, без сбоев.

– Блондинка. – Амаров отпал от нее и блаженно зажмурился. В этот миг он испытывал почти счастье.

– Не жалеешь? – кокетливо спросила певица.

– Что пригласил меня за свой стол.

– Я жалею, что прожил столько лет без тебя.

В этот момент Амарову казалось, что он искренен. Ему хотелось хоть немного побыть искренним. Что произойдет потом? Его сейчас это не интересовало.

Главная истина заключалась в том, что мужчина и женщина слились воедино. Мужчина с ушедшей молодостью. И молодая, полная сил женщина. И связь между ними казалась крепкой, хоть и быстрая. Он считал так. И он видел – ему удалось пробудить ответное чувство. Это откровение – женщина должна разделить его с ним. Оно было для двоих.

Амаров ошибался. Ошибался по-крупному. Так, как не ошибался никогда.

В другом случае Люда получила бы удовольствие и, возможно, тоже почувствовала бы сладость безумного мига соединения тел. Но сейчас, познав истинное счастье «елочки», она лишь изображала страсть, вспоминала себя прошлую, ту, какой уже нет.

– Хочешь шампанского? – спросила она.

– Я хочу только тебя.

– Я принесу. – Обнаженная, она встала с кровати, соблазнительно вильнув бедрами, подошла к столику. Амаров смотрел на нее с удовольствием. Он балдел от ее гибких движений.

– Или ведьма, – засмеялась она.

Она разлила французское шампанское. Оно вскипело. Немножко пролилось. Дорогой напиток. Пятьсот долларов.

Она откусила кусочек яблока. И быстро кинула в шампанское ампулу. Та растворилась моментально. Это подарок для гостя.

Потом она кинула таблетку «елочки» в рот. Вот это для нее.

Она протянула ему бокал.

– За этот миг, – произнес Амаров.

Он почувствовал укол. Какое-то ощущение – что-то не так. Мимолетный укол опасности.

Старый добрый цианистый калий. Сковано дыхание.

Паралич нервной системы. Моментальная смерть.

В последний момент он шарахнул о пол бокал. В зале гости били бокалы на счастье. И сегодня Амаров испытал истинное счастье.

Недолгое счастье последних мгновений жизни. Звон бокала приветствовал приход смерти.

Но Люда уже ни на что не обращала внимания.