По рукам и ногам

 – Правила это позволяют?

– Позволяют, если этого хотят оба. Ты хочешь?

– Хочу.

В ответ он просто плотнее прижимается и целует меня в волосы.

– Маш, я всё-таки позвонил Захару. Он сказал, чтобы ты приехала завтра. Я отвезу тебя.

Обречённо вздыхаю. Спорить с ним бесполезно. Позвонил и позвонил. Я обещала его слушаться, значит, буду.

– Угу.

– Спи, Стрекоза.

– Ты сказал, что я сегодня жемчужина.

– Ладно. Спи, жемчужная Стрекоза.

Слышу, как он улыбается мне в волосы, и так тепло становится и хорошо внутри.

Глава 39.

– Привет, ребята, подождите минуть десять, ок? Начмед вызвала, – Захар выходит из кабинета и обращается к нам. – Хотите, зайдите внутрь.

Мне почему-то неловко. Во-первых, Игорь приехал со мной, во-вторых, меня всё ещё смущает сам факт обращения с этим вопросом к его другу и нашему теперь общему знакомому. Да и повод такой себе, чтобы к врачу срочно бежать. Но мы уже здесь, и я отвечаю, что тут в коридоре его и подождём, а то мало ли, вдруг Кота потом не получится за дверь выставить, кто его знает.

Зернов уходит, а мы остаёмся ждать. Молчим. Если Игорь ещё хоть раз спросит, как я себя чувствую, я впаду в истерику. За сегодняшнее утро он сделал это уже раз пять, чередуя с синонимичным «всё нормально?» после того, как увидел, что я закинула в рот таблетку но-шпы.

– Захар Леонидович у себя? – к нам подходит девушка, держась за живот и глубоко дыша.

У неё уже явно большой срок беременности, она нервничает и едва ли не задыхается.

– Он вышел, сказал, скоро будет, – отвечаю ей.

– Понятно.

Девушка не присаживается в свободное кресло, она начинает нервно и тяжело ходить туда-сюда, обмахиваясь картой. Я замечаю, что она едва ли не плачет. Закусывает губы и второй раз за полминуты смотрит на часы в холле.

– Вам нехорошо? – спрашиваю."

"– Не знаю, – отвечает она и всхлипывает. – Мне срочно нужен Захар Леонидович. Внизу живот со вчера болит, и я сутки не чувствую ребёнка.

– Игорь, сходи на ресепшен, пусть вызовут срочно Зернова или другого врача, – вижу, что девушка находится в состоянии панической атаки.

Пока Котовский торопливо уходит, я подхожу к девушке, пытаюсь её успокоить. Её живот как-то опущен, помню, мама говорила, что это когда роды уже скоро начнутся, да и ребёнок, готовясь к продвижению по родовым путям, значительно снижает активность. Думаю, она просто испугалась, а успокоить было некому, вот и раскачала панику.