По темной стороне

– Делмар Вездесущий, – пробормотала я, покосившись на довольного жизнью хейзара. Опершись на дерево, он нагло потеснил меня плечом. – Звучит?

– Так ты думала обо мне? – умилился он, вытянув ноги. Легкий, едва ощутимый ветерок играл с темной прядью выбившихся из косы волос. Не часто он заплетал косы и совсем уж редко бывал таким молчаливым.

Минут десять мы сидели в полнейшей тишине, привалившись к большому, перекрученному жизнью дереву и разглядывали черную стену с врезанными в нее стрельчатыми окнами.

Витражные стекла искрились на солнце, и сейчас там, в коридоре, должно быть, было просто сказочно красиво. А я вот торчала здесь, рядом с совершенно целеньким и довольным жизнью Делмаром, которого будто совсем недавно и не отделали до состояния хорошей отбивнушечки, и размышляла о своей печальной судьбе.

– По какому поводу грустишь?

– Любовь зла, – протянула я, прижавшись затылком к прохладной неровной коре. Травинка выпала из рук и, подхваченная ветром, отлетела шага на три, прежде чем запуталась среди своих не истерзанных собратьев.

– Раяр бушует? – тут же напрягся огонек, озабоченно оглядывая окрестности.

– Да нет, – протянула я, неуверенно добавив: – Наверное.

Взгляд, которым меня огонек наградил, был просто непередаваемо прекрасен.

– Можно чуть конкретнее?

– Раяр вроде бы злится, но только на меня, – успокоила я его.

Откинувшись обратно на ствол дерева, вызвала снисходительную улыбку Делмара.

– Ну и что ты натворила?

– Раяр хочет, чтобы я его любила, а у меня не получается.

Я прямо видела, как внутри его черепной коробки одна мысль жестоко и кроваво расправляется с другой, не замечая, как сзади подбирается третья… Третья подобралась, уделала всех и одержала безоговорочную победу, а меня в одно мгновение поставили на ноги и куда-то потащили.

Вот еще секунду назад мы сидели под деревом и наслаждались приятным осенним деньком, прячась от теплого еще солнца под кроной едва тронутых золотом желтоватых листьев, а в следующее мгновение я уже бегу куда-то, заплетаясь в ногах, влекомая вперед крепкой рукой огонька.

– К Раяру. Будем проверять, есть ли хоть какой-то шанс, что ты его полюбишь, – не оборачиваясь ко мне, ответил Делмар.

– Не всякая мыслящая особь способна осознать ценность той или иной неотъемлемой части, составляющей ее жизнь. Само понимание этой ценности приходит лишь в момент потери.

– И откуда такие интересные мысли? – растерянно спросила я.