По темной стороне

А я, тихонечко всхлипывая, все никак не могла успокоиться. До крайности растроганная, вытирала текущие слезы об его рубашку, все крепче сжимая объятия. Он не возмущался, не шевелился и, кажется, даже не дышал, сраженный волной моих эмоций. Ярких, горячих и неповторимых, ведь сбылась моя детская, самая заветная мечта. И пусть мой домашний питомец страшный и, скорее всего, опасный, он все равно был самым лучшим подарком на свете.

– Раяр, а давай… давай ты теперь сам будешь выбирать мне подарки, а? Делмар, конечно, молодец, но давай лучше ты.

– Не думаю, что это хорошая идея, – неохотно признался он, чуть встряхнув монстрика. Тот начал шевелиться, заметив, что на него не обращают внимания, но быстро осознал всю бессмысленность своих телодвижений и затих. – Я не знаю, что принято дарить…

– Но с этим чудищем же ты как-то определился, – перебила я, чуть отстранившись, чтобы заглянуть ему в глаза. – И вот, подарил ведь.

– Это другое. – Рука на моей спине поднялась чуть выше, на уровень лопаток, прижимая сильнее к мокрому кошмару, будто он опасался, что я попытаюсь вырваться после его следующих слов.

– Нарзы останутся со мной, – на всякий случай предупредила я, и воинственное курлыканье мочалок поддержало мое заявление.

– Я не собирался их забирать. – Раяр пожал свободным плечом, к которому не прижималась я, и носа опять коснулся густой запах крови.

– Яна, я пытаюсь объяснить, – протянул он с укором.

Я не обратила внимания на его недовольство, требовательно заглядывая в бессовестные глаза. Сидит, кровью истекает и не признается.

– Царапина, – отмахнулся он. – Когда я забирал щенка, вернулась мать.

– И ты ее того?.. – шепотом спросила я, не в силах представить, как сейчас где-то в лесу, под дождем, лежит бездыханное тело огромного монстра, в которого и мой мохнатик непременно вымахает.

– Зачем? В норе осталось еще три щенка, их должен кто-то растить.

– Вот так, да? – окончательно растрогалась я. – То есть с велари ты жесток, а животинку жалеешь.

– Я никого не жалею, – попытался возмутиться мой кошмар, но было поздно: я уже вовсю им восхищалась, глуша несчастного запредельной дозой умиления.

– Значит, все, решено, больше никаких дурацких идей Делмара, договорились? И я тебя обязательно залюблю всего, ага?

– Подарки должны быть регулярными, – авторитетно заявил он, – я не смогу без помощи Делмара их выбирать.