– И еще… Прикрывать нас никто сильно не будет. Если информация уйдёт, то… То им проще избавиться от нас, чем возиться с нами… Кто мы? Зэки безродные, жизнь – копейка, зарыл и забыл. Если среди бойцов хоть одна слабая душонка сыщется…
– Предложение?
– Кровью личный состав вязать надо, чтобы язычки за зубами держали. Другого пути нет.
– А кровь кому пускать?
– Офицерику. И тем, кто взад пятки раком надумает.
– Свои своих?
– У нас своих здесь нет, у нас пока здесь все чужие, – резко ответил «Крюк». – Банды на крови сколачиваются, когда все понимают, что если один сдрейфит, то и других за собой потащит.
Крепко это вяжет, когда под одной статьёй все ходят.
– Согласен, – кивнул «Кавторанг». – На фронте, если пару трусов до боя не расстрелять, все остальные попятятся.
– Стрелял?
– Стрелял! Шлёпал в затылок из нагана перед строем, чтобы от немцев не бегали, чтобы своего командира больше врага боялись.
– А если не найдётся трусов? – тихо спросил «Партизан».
– Значит, любого стреляй – первого попавшегося.
Или, когда до драки дойдёт, больше по страху своему погибнут, когда побегут. Двое – меньше, чем все! Такие законы.
Оно, конечно, так…
– Время, – показал «Полкан». – Что решаем?
– Я подписываюсь.
– И я.
– И я…
– Тогда выводи первое отделение. В полном составе.
– А кто…
Пауза. Взгляды. Не простое это дело под вышку себя подводить.
– Пусть буду я, – поднял руку «Крюк». – Я начну, вы продолжите. Если дрогнет кто – жалеть не стану. Нам оглобли поворачивать поздно!
– Не пугай, пуганые.
– А это мы поглядим…
На том и порешили…"
"Верно всё рассчитал «Хозяин» – вернётся посланец, значит, не выполнил он своё задание, не собрал команду, которая любой приказ… А не вернётся, кровью все станут повязаны. Он своё дело сделал и теперь стал лишним и опасным свидетелем, который слишком много знает. Всё знает. Заказчика знает! А убери его, и никто никогда не свяжет затерянный в Сибири карантинный «Особлаг» с Отцом Всех Народов. И иного выхода у «Хозяина», как перерубить эту ниточку, нет.
Такие дела…
* * *Сидит Берия, на фото смотрит. Мутное фото и тёмное, ничего на нем не разобрать – фигура в форме и лицо пятном светлым.
– Вы что, получше сфотографировать не могли?
– Никак нет. «Погон» вечером фотографировал из кармана. Он и так сильно рисковал.
– Рисковал-рисковал. Рисковали на фронте, а этот на дачах обитает, усиленный паек лопает – не жизнь, а малина. Вы что, не могли ему фотоаппарат хороший дать?
– Это хороший фотоаппарат, трофейный.
