По велению короля

И пусть твой гнев выльется страстью. Страстью ко мне.

Она коснулась губами его губ и прижалась к груди. Лэрд мгновенно ощутил, как тает его ярость, и крепко поцеловал жену.

– Какой магией ты опутала меня, ведьма с гор?

Его тело уже отвечало на безмолвное приглашение этой очаровательной женщины. Прошло несколько недель с той ночи, когда они в последний раз были близки.

Дункан стал осыпать поцелуями личико жены, одновременно принимаясь расшнуровывать ее блузу.

– М-м-м… – пробормотала Эллен, гладя его восставшую плоть.

Его ладонь скользнула в вырез блузы, раздвинула ворот сорочки и нашла мягкую, округлую, маленькую грудь. Дункане первого взгляда влюбился в эти груди, такие нежные и пухленькие, как пара голубок.

Большой палец потер набухающий сосок.

Эллен стала извиваться. Она давно обнаружила, как чувствительны ее груди к ласкам мужа. Он разжигал в ней огонь, и она уже ощущала влагу, скопившуюся между бедрами. Лэрд, нетерпеливо зарычав, рванул блузу вместе с сорочкой, чтобы наконец завладеть этими соблазнительными грудями.

Чуть повернув голову, он прикусил, губами тугой сосок и стал неторопливо сосать.

Эллен что-то довольно пробормотала, когда он задел сосок зубами. Не отрывая рта, он прошел через всю комнату и уложил Эллен на кровать. Теперь, освободив руки, Дункан расстегнул, пояс ее штанов и спустил их до сапог, И снова вобрал в рот ее соски, сначала один, потом другой.

Эллен изнемогала от вожделения и стонала все громче.

Может, это не любовь, но он хотел ее и хотел сейчас. Он не успел снять с нее сапожки, а спустившиеся штаны не давали ей раздвинуть ноги шире. Тогда Дункан на мгновение отстранился, перевернул ее на живот, в восторге от того, что она поняла его намерения, а сам опустился на колени. Дункан спустил свои штаны, сжал бедра Эллен и вонзился в нее, почти зарыдав, когда стенки ее тугого лона сомкнулись вокруг его вздыбленной плоти.

«Неужели не грешно так сильно жаждать мужа?!» – как сквозь сон подумала Эллен, пока он продолжал заполнять ее. Но тут он стал двигаться быстро и резко, отчего ее похоть взлетела едва не до небес, а голова пошла кругом.

– О Боже! – тихо воскликнула она. – Да! Да!

Она дрожала от неутоленного желания. Им с самого начала было хорошо в постели.