По велению короля

 – И говори потише, женщина!

– Да, самозванец. И король прекрасно это знает! – завопила Эллен, не желая ничего слушать.

– Если король призовет, я должен идти. Сама понимаешь, отказаться невозможно!

– С его стороны несправедливо просить тебя об этом, после всего, что он мне поведал.

– Если король поднимет приграничных жителей, я не могу остаться в стороне!

– Но можешь заболеть, не так ли?

– Я не трус и не лгун, как Йен Джонстон! – сухо отпарировал лэрд.

– А-а-а, так теперь ты признаешь, что он лгун?! – возмущенно прошипела Эллен.

– Дети, дети мои, почему вы ссоритесь? – спросил подошедший отец Айвер, престарелый священник Даффдура.

– Потому что ваш лэрд—дурак! – выпалила Эллен, убегая в дом.

– Очевидно, сын мой, ты сильно оскорбил жену, если она дала волю нраву, столь часто встречающемуся у рыжеволосых людей, – мягко заметил отец Айвер. – В жизни не видел госпожу в таком гневе. Может, тебе стоит исповедаться?

– Моя жена права, добрый отче, – вздохнул лэрд, – Я воистину дурак.

– Пойдем ко мне домой, – предложил отец Айвер. – Там расскажешь, что послужило причиной ссоры. Может, я сумею вас помирить.

Хотя работу над внутренними стенами еще предстояло закончить, час был ранний, и лэрд рассудил, что старенький священник действительно способен ему помочь. Поэтому он последовал за дряхлым старичком в маленький домик, с всего одной комнатой, и уселся на табурет. Сам хозяин занял единственный в комнате стул.

– Что произошло между вами, милорд? Может, вы были неверны своей доброй жене, и она узнала об этом?

– Нет, добрый отче. О неверности не может быть и речи, – покачал головой Дункан и объяснил, что произошло в Дьявольской долине. – Она призналась, что была вынуждена терпеть его ласки и поцелуи, пока он держал ее в плену. Но поклялась, что худшего не произошло, и мне казалось, что я поверил, пока Йен Джонстон, умирая, не обвинил ее в измене.

Лэрд нетерпеливо провел рукой по темным волосам.

– Отче, я посчитал, что человек, готовый предстать перед Господом, не может лгать. Но Джонстон солгал, и подозрение терзало меня, хотя я сказал Эллен, что не верю ему.

– И ты молчал, пока король не проткнул мечом сэра Роджера, – добавил священник. – Искушение было слишком велико, сын мой. Ты так любишь жену, что не можешь представить, как это злодею удалось воспротивиться ее чарам. Да, ты пытался верить ей.