По велению короля

Неужели Эллен предпочла бы, чтобы я не ревновал к человеку, который много недель держал ее в плену и который, по ее собственным словам, насильно осыпал поцелуями и ласками?

– Ты должен извиниться зато, что не поверил ей. Не поверил ее клятвам! В обычных обстоятельствах, сын мой, я не посоветовал бы ничего подобного. Но ты глубоко оскорбил женщину, в которой до этого, ни разу не усомнился. И только признавшись, как ты сожалеешь о содеянном, сможешь заслужить ее прощение. А она должна простить тебя. Хотя бы ради спасения собственной души.

– Я подумаю об этом, – пробормотал лэрд, вставая.

– И не жди слишком долго, чтобы помириться с ней, сын мой, – добавил священник. – Чем дольше ты ждешь, тем шире становится пропасть между вами и тем труднее будет перепрыгнуть ее и исцелить раны, нанесенные друг другу.

Задумчиво покачивая головой, он смотрел вслед лэрду, шагавшему к рабочим, трудившимся на стенах. Дункан Армстронг, славившийся своим умом, оказывается, еще и очень упрям.

Отец Айвер решил поговорить с Эллен и немедленно выполнил свое намерение.

Он нашел ее в огороде. Эллен сажала рассаду в только что вскопанную землю.

– Я хочу поговорить с тобой, дочь моя, – начал он…

Эллен подняла глаза. На щеке виднелся грязный мазок.

– Не возражаете, если я буду продолжать работу, отец мой? – с надеждой спросила она. – Старый Малькольм уверяет, что дожди начнутся вечером и будут продолжаться не менее двух дней. Нужно высадить рассаду сегодня, иначе потом грядки развезет. Это горох и лечебные травы.

А ведь тепло продлится недолго.

– Разумеется, дитя мое, – кивнул священник, садясь на маленькую, деревянную скамью у низкой ограды. – Я потолковал с лэрдом. Он крайне расстроен ссорой между вами. Бедный мальчик!

– Отец, вы зря тратите время и слова. Если Дункан придет и извинится за то, что усомнился во мне, я его прощу. И постараюсь выбросить из сердца и головы картину того, как он стоит на коленях рядом с умирающим Колби и спрашивает громко, на весь зал, так что слышно всем и каждому: «Ты поимел мою жену?»

Мой собственный муж усомнился во мне и опозорил перед королем, перед всеми, кто собрался в зале.

Я его жена, пока смерть не разлучит нас, добрый отче. Я стану вести его дом и развлекать гостей, стану заботиться о нашем сыне. Но не рожу ему еще детей, пока Дункан не извинится за свои слова. За свои сомнения. И больше мне нечего сказать. Благодарю за вашу заботу.

Священник медленно поднялся. Он знал, как и когда следует отступить.