По высшему классу

На симпатичном, открытом, чисто выбритом лице молодого человека застыло неловкое, чуть виноватое выражение. Явно новичок, подумала Сьюзен, наметанным глазом сразу отмечая его рост — чуть выше ее самой, — ровный загар, светло-каштановые вьющиеся волосы, широкие плечи, весь его пышущий здоровьем и юностью вид. Одет, как и все они, под студента — рубашка «Оксфорд», перекинутый через руку светлый спортивный пиджак. Более строгих костюмов на них она никогда не видела — да и к чему бы, ведь агентство поставляло партнеров для танцев…

Заперев дверь и повернувшись к юноше, Сьюзен медленно, с расстановкой сказала:

— Ты здесь только для того, чтобы во всем мне повиноваться.

Я не разрешаю задавать вопросов, что-либо говорить — полное молчание, что бы там ни было. Твое дело — чтобы я осталась довольна, а для этого ты будешь делать то, что скажу тебе я. — Хотя говорила она ровным, почти бесцветным голосом, вряд ли кто-нибудь, кто мог бы услышать ее, усомнился бы в ее серьезности.

Она прошла впереди него через гостиную в спальню, краем глаза заметив, что смущение молодого человека растет — он явно не ожидал, что клиентка так молода и привлекательна. Спальня, в которую они вошли, показалась Сьюзен огромной, розового цвета пещерой. Забрав у молодого человека пиджак, Сьюзен швырнула его на стоящий рядом стул.

— Сними с себя все, — приказала она, опускаясь в кресло около двери и разглядывая мужчину, пока он, повинуясь ее приказу, почти дрожа, спускал с крепких, стройных ног штаны, переступая по ковру босыми ступнями.

— Теперь встань спиной к двери и смотри прямо вперед; на меня не смотреть! — Не обращая внимания на его удивленный взгляд, она рассматривала загорелое обнаженное тело юноши. На его груди и бедрах густо росли волосы — такого же светло-каштанового оттенка, как и на голове. Крепко сложен, мускулы сильно развиты; тяжело свисавший меж бедер пенис показался ей короче, чем у большинства его предшественников, но зато чуть ли не вдвое толще.

Сидя в кресле, чтобы лицо ее не выражало ничего, кроме спокойного, почти бесстрастного интереса, Сьюзен чувствовала, как возрастает в ней желание при виде этого неудержимо влекущего к себе мужского тела. Да, это непременно должен быть незнакомец, лишенный всякой возможности обнаружить перед ней собственное «я», полностью подчиненный ее желаниям и не смеющий сделать ни малейшего движения, если она не позволит.