– Думаю, еще позвонят, – развел руками Виктор, нисколько не выказывая или стараясь не показать огорчения тем, что его новость не произвела фурора.
– Витя, дела тут обстоят гораздо серьезней, чем просто желание написать книгу, – сказала Люба и, поняв, что допустила бестактность, охнула и умоляюще сложила руки перед грудью. – Ой, я не так выразилась. Конечно, книга – это очень важно и…
– Люба, вы правы, книга – это не настолько серьезное дело, как исчезновение девушки, – ответил Виктор с такой теплотой и одновременно сочувствием в голосе, что хозяйка с облегчением перевела дух и вновь заулыбалась.
– И не серьезней ситуации, в которую попала Инга. В первую очередь я хотел бы помочь моей давней подруге…
Взгляд со значением на Ингу, легкий поклон в сторону Любы. Да, предположение Инги, что Лучкин сейчас вовсю пользуется талантом очаровывать, оказалось верным. Он скрывал его до поры до времени, будто выжидал подходящий момент, когда «акции» подскочат в цене. И теперь умело манипулировал ими, вкладывая лишь в выгодные дела и тем самым приумножая свои капиталы.
– Ты ведь не откажешься от моей помощи? – спросил он с такими интонациями, которые размягчили бы даже сталь.
– Не откажется! – торопливо за подругу ответила Люба и сделала незаметно для Виктора большие глаза, показывая тем самым Инге, чтобы та и не вздумала протестовать.
– Люба! – упрекнула подругу девушка. Она не любила, когда не оставляли ходов. За помощью к Виктору она сама обратилась сегодня утром. Но все же соглашаться так поспешно не собиралась.
И не потому, что ей нравилось, чтобы ее упрашивали и уговаривали. Лучкин, помогая ей, сам подвергался опасности, и она ему об этом сказала раньше. Стоит ли книга такого риска? Или он подобен журналистам, за сенсационным материалом готовым лезть хоть на поле боя под снаряды, хоть в жерло вулкана, хоть вести репортаж на фоне надвигающейся волны цунами? Безумец! Во-вторых, сотрудничество с Виктором опасно было еще и тем, что на него обязательно выйдут полицейские.
Муж Алисы, Майка, а там – семья, Алексей. Инге совсем не хотелось, чтобы ее обнаружили сейчас! А в-третьих… Взгляд Виктора ее неожиданно смутил, и поэтому она разозлилась.
– Интересно, как ты собираешься мне помогать? – раздраженно бросила она, отводя глаза и с нарочитым вниманием принимаясь разглядывать узор на заварочном чайнике.
– Могу быть твоими ногами, ушами, глазами, – не смущаясь, выдал Виктор. – Ты сама сказала, что тебе опасно встречаться с людьми.
