И не удержать кормящую мать с ребенком? Не остановить, не закрыть собой дверь?
– Дед, – вздохнула Аля, – она во всем повинилась. И вообще… Женщина, потерявшая ребенка, неподсудна.
К Лайме Аля не поехала – в то лето в Юрмале шли беспрерывные дожди, был холод, и пляжи были мокрые, пустынные.
В конце июля, в дедов день рождения, когда Аля пришла к нему с шампанским и тортом, он преподнес ей подарок.
– Мне? – удивилась она. – Именинник-то ты. А я здесь при чем?
Открыла коробочку и обалдела – сережки с бриллиантами.
Да с такими крупными и красивыми! В розочке из белого металла.
– Белое золото, – важно кивнул дед. – А камень чистый, ноль семь карат, вон бумага!
При чем тут бумага? Аля тут же надела серьги и покрутилась перед зеркалом. Под ярким электрическим светом камни играли и вспыхивали синими, зеленоватыми и желтыми всполохами.
Чмокнула деда в щеку. Тот, не просто довольный – счастливый, с радости выпил полбокала шампанского и через пять минут ушел спать.
Аля вымыла посуду, убрала со стола, подмела пол, заглянула к нему – все спокойно.
В прихожей перед зеркалом еще повертела головой – сверкают! Ах, как сверкают! Переливаются.
Только вряд ли она станет надевать такую красоту и роскошь на работу. Точно нет – неудобно.
Глянув на подарок, ба скорчила мину:"
"– Камень чистый, не спорю. Но оформление! Барахло. Вкуса как не было, так и нет, ничего удивительного. Нравится – носи. Только я бы переделала. Слишком избито и пошло.
Ничего переделывать Аля не стала.
Подарок деда, пусть все останется как есть. Тем более никакой пошлости она здесь не видела – ба все придумала от ревности и вредности.
Аля готовилась к взрослой жизни.
Стелла сшила ей костюмы: два теплых, пиджак, узкая юбка. И два облегченных – один с юбкой в полоску и однотонным пиджаком, в цвет одной из полос, другой – светлый беж, кофе с молоком, по словам Стеллы, индийский шелк. Прохладно и легко, правда, и мнется здорово. На то и натуральный, не ацетат. Хуже было с тем, что надевалось под пиджаки.
Умница Стелла предложила вариант мужской рубашки – планка с пуговицами, манжет, острый воротник. Цвет – голубой, серый, салатный. И в пир, и в мир.
Ну и сшила парочку. Красота!
За неделю до первого сентября сделала стрижку и маникюр – впервые в жизни. Лак выбрала светлый, бежевый, от трех слоев отказалась.
Ей было страшно, она совсем перестала спать по ночам. Видела, как расплываются синяки под глазами, как осунулась.
