Все верно, но я почему–то ощущаю укол разочарования.
Машина трогается.
— Меня домой, пожалуйста, — говорю громко. Хочу, чтобы это был мой выбор. — Я очень устала. Спасибо, ребята, что довезли. И вообще за всё.
Сказать бы больше, но о страшном говорить сил нет. Снова смертельно хочется спать.
Матвей оборачивается:
— Скоро приедем. Как ты себя чувствуешь, Юля? Больше... не тянет живот?
— Вроде бы нормально. Если долго хожу, он часто так. Потом проходит.
— Ложись спать сразу же.
— Да, конечно. Так и сделаю. — Стараюсь быть максимально послушной.
Ехать недалеко, мы тут все рядом живем, кроме Захара. Несколько минут, и бэха вновь тормозит у подъезда. Втроем выходим на улицу. Захар отворачивается и закуривает. Матвей помогает донести легкий рюкзак.
Мы останавливаемся на крыльце. Время прощаться.
Смотрим друг на друга. Снежинки кружат в воздухе — за ночь в городе значительно потеплело.
— Кажется, сегодня нас засыпет, — говорю я, имея в виду снег.
— Значит, десятая неделя, — произносит Матвей, имея в виду беременность.
Бросает взгляд на мой живот, потом на губы.
Пульс ускоряется.
И я понимаю, что меня уже засыпало. Не снегом, а чувствами.
Глава 25
Пишу ему: «Спишь?»
Середина ночи, а я ворочаюсь. Места себе не нахожу.
Родители перепугались до смерти, когда увидели глубокой ночью родную дочь на пороге. Мама давай лоб щупать, температуру проверять. Папа вопросы задавал каверзные. Отмахнулась. Заверила, что всё в норме, просто мне там не понравилось. И не только мне. Ребята поехали в город, я на хвост упала.
Нормальное объяснение, прокатило. Про Матвея ни слова не осмелилась вставить, иначе началось бы надолго! А мне не до этого.
Приняла душ. Поплакала немного, не от горя, а из–за переполняющих эмоций и вцепившегося в душу страха. Перед сном накатило, до этого я неплохо держалась.
Лежала под одеялом, поджимала колени к груди и прятала лицо в подушку. Было страшно. До костей продирала дрожь, что тупыми шутками и агрессией эти пьяные уроды могли довести меня до выкидыша. Что я могла потерять объект обнимашек на этой базе отдыха.
Черт–те где в лесу, за городом. Все вокруг пьяные, до ближайшей больницы ехать неизвестно сколько! Наверное, я могла бы истечь кровью и никто бы мне не помог! Уж точно не Люба! Пульс долбило.
Кадры из фильмов, где героини теряют детей, всплывали в памяти и ранили ужасом.
Бедный мой ребеночек. Я к нему уже привыкла, и сам факт возможного риска холодил кожу.
Мне понадобилась помощь и поддержка. Сильное, мать его, плечо.
