Желательно ласковое слово. Взяла и написала сообщение будущему папочке, раз уж он теперь в курсе.
И вот лежу теперь, ответ ожидаю.
Матвей молчит. Наверное, и правда спит. Обидно: я тут борюсь с кошмарами, а он дрыхнет. Впрочем, это ведь хорошо, что у человека отличный сон? Хоть кто–то из родителей должен быть со здоровой психикой.
Мы же с Объектом снова будто вдвоем. Он и я в целом мире. Так и засыпаем: я прижимаю руку к животу и тихонько не то скулю, не то плачу. Вокруг становится слишком много страха, я лежу в чаше из него, глотаю его вместо воздуха, по щекам текут его соленые капли.
Боюсь за Объект и грущу, что моя жизнь такая теперь. Мне так жаль, что всё в ней неправильно. Не о том я мечтала. Матвей не позвал жениться и не обрадовался. Он поцеловал меня в лоб, сказал, что должен подумать, после чего уехал. Да и не хочу я так: по залету. По любви хочется.
Просыпаюсь поздно и в первую очередь думаю о том, что Объект, должно быть, мужского пола.
Мальчик.
Присаживаюсь в кровати и глупо улыбаюсь.
Идея приходит внезапно, и становится поразительно ясно, что так и есть в действительности.
Мне очень сложно представить Матвея с дочкой на руках. А себя с сынишкой — запросто. И я так живо воображаю себе эту картинку, что улыбаюсь еще шире. У меня будет собственный мальчик.
Вдох–выдох. Строим дзен заново. Из того, что в наличии.
На телефоне от Матвея только одно сообщение: «Да, спал, прости. Как ты себя чувствуешь?»
Перечитываю его несколько раз. Так себе приветствие, скажем прямо. Ни ласкового слова, ни горячего заверения.
Я для Мота не любимая, а контейнер для вынашивания, который не должен нервничать. Поэтому усердная сдержанность. Ни слова лишнего. Лучше бы наорал, что я дура безмозглая, чуть не потеряла наше сокровище, когда поперлась хрен пойми куда. И так далее. Он умеет, я знаю.
По фи–гу.
Для дзена материала по–прежнему критически мало, и я решаю позавтракать. В идеале — оладьями."
"Иду умываться, потом в кухню. Через час просыпается Люба и обрушивает на меня целую тонну эсэмэсок с извинениями! Я бы отнеслась к ним спокойнее, если бы не замирала при каждом телефонном сигнале.
Не от нее ждала сообщений. Подруга всегда была для меня лишь на втором месте после Матвея. Должно быть, ее это расстраивало.
День проходит в ожидании чего–нибудь. Какого–нибудь небольшого грузовичка с розами или тоненького кольца с бриллиантами. Я много лежу, читаю, смотрю сериалы.
Когда на улице раздается громкий гудок, вздрагиваю и подбегаю к окну в надежде.
