Мне нужно подумать, понимаешь?
Это она про родителей. Слово «аборт» царапает, оно–то меня и выдергивает из моря горячей похоти. Омывает ледяными душем. Становлюсь серьезнее, тема–то сложная. У нас мог бы быть аборт в прошлом. Звучит как точка, да?
– Давай подумаем и вдвоем всё решим, – предлагаю также спокойно. Я чертов психолог сегодня, спиртяга Васильевича промыла мозги. – Заявимся к твоим родителям с уже готовым четким планом.
– Самим всё решить? – пугается Юля. – Ты предлагаешь поставить их перед фактом?
– Именно.
Иначе не получится. Если мы начнем просить советов, будет как раз то, чего ты боишься.
Юля мешкает, потом выпаливает:
– А если не будем просить, то и не получим помощи.
– Справимся сами.
– Каким образом?! – повышает голос. – Я не работаю, ты не работаешь. – Она вдруг начинает плакать. – Мама сказала недавно, что если бы я забеременела, она бы забрала ребенка и воспитывала бы его сама. Потому что у меня всё равно ума нет. А я не хочу этого! – Вытирает щеки. – Мне страшно.
Я не думаю, что справлюсь. Но при мысли, что его придется отдать, у меня душа гореть начинает. Понимаешь? Матвей, я не знаю, что делать. Мне все время плохо!
Пересыхает в горле. Она плачет. Она так сильно хочет этого ребенка. Я не ожидал даже.
– Я работаю. Послушай меня.
Юля качает головой. Я беру ее за руки, после чего ловлю взгляд. Мы снова друг на друга агрессивно пялимся. Пульс бахает нещадно.
Мой организм, наверное, только с ней и жаждет размножаться, иначе почему гормоны шпарят в таком бешеном количестве? Я мозгами это понимаю, а справиться не могу.
Смотрю в ее глаза и странное чувство удовлетворения начинает греть изнутри. Что–то дебильно–первобытное: «Моя, от меня понесла». Сука, но что я за животное.
За такое можно и по роже справедливо получить, поэтому слова подбираю старательно:
– Юль, я работаю. Осенью мы с Захаром купили тачку, чтобы выгодно перепродать. Но она оказалась в кредите. Теперь отрабатываем долги, – немного лихорадит. Признаваться в ошибках непросто.
– Осталось несколько месяцев. Работаю по четыре часа в день, это напряжно, но терпимо. Как только с этим будет покончено, то возьму другую подработку. Сразу же. Деньги будут. В случае необходимости оставлю универ.
Я никому не дам забрать у тебя ребенка."
"– Нет, ты что! Тебе нельзя отчисляться, – он сжимает мою ладонь, впивается ногтями и заглядывает в глаза. – Ты забыл, как мы мечтали о том, что оба станем медиками? Будем вместе работать.
