Если бог есть, и он нас такими создал, то он чертов гений.
– Я думаю, тебе стоит переехать ко мне, – слышу собственный глухой голос. Почему–то уверенный.
Юля медлит, затем отстраняется. Она не выглядит расстроенной, хотя глаза красные, будто вот–вот разрыдается. Пьет чай мелкими глоточками. Молчит.
– У меня большая квартира. Знаю, что тебя смущает бабушка, но я не могу ее выселить и оставить одну. Паша свое хлебнул, когда заботился обо мне после ДТП. Одни его отношения я специально разрушил. Он заслужил покой. Пусть живет отдельно.
Бабуля болеет, она будет со мной.
– Я бы... Мот, я не то имела в виду, когда говорила, что меня смущает твоя бабушка. Не в смысле, давай ее выгоним.
– Ты хотела держать перед ней марку, будто девственница. Поэтому ни разу у меня не осталась. Признаваться, что мы трахаемся, — было стремно.
Она почему–то краснеет. И молчит. Я продолжаю говорить:
– Когда появится живот, притворяться девственницей будет сложнее.
– Да это понятно всё. Просто... – вздыхает, трет лицо. Убирает волосы за уши.
– Переехать к тебе — это ого–го решение!
– Я могу включать покер–фейс каждый раз, когда буду приходить к тебе и ребенку. В общем–то я уже много лет делаю вид, будто мне похер, что твои родители ко мне как к дерьму относятся. Но они будут и на тебя давить. Сама понимаешь. – Голос звучит нейтрально–отстраненно. Покер–фейс включается автоматом на этой вопросе: – Ребенка–то ты родишь от куска дерьма, получается. По их мнению. Вообще, я понимаю, почему ты упорно молчишь.
Юля спохватывается, быстро качает головой.
– Матвей, если уж мне суждено родить в девятнадцать лет, то ты единственный мужчина, от которого бы я была не против. И не впала бы в ужас.
Тысячи игл в кожу вонзаются. Таких, как бы описать правильно, шоково–лечебных. От них сперва больно, затем тепло исходит. Греет как сладкий чай. Аж вштыривает. Китайская медицина от Юлии Райденко.
– Польщен, – получается тихо.
Она поджимает губы и чуть улыбается. Берет ложечку и начинает есть десерт. Я слежу за ее движениями, пользуясь тем, что Юля увлеклась и не замечает внимания.
Алые губы облизывают ложку, следом их касается острый язычок, убирая остатки крема.
Я хочу тебя. Блть, как же я всё время тебя хочу.
Сложно даже рядом сидеть. Даже во время такого разговора. Жить вместе, чую, будет весело.
Юля говорит задумчиво:"
"– Думаю, что тебе нужно быть готовым к тому, что мои спросят, планируешь ли ты на мне жениться.
Глава 27
Юля
Мы переглядываемся, одновременно хмуримся...
