Под доброй улыбкой зла

– Есть основания сомневаться?

Он пожал плечами и неожиданно спросил:

– Где ваш муж? Почему вы все время одна?

– Мой муж за границей.

Зачем она перед ним отчитывается? Она сто лет ни перед кем не отчитывалась, даже перед мамой.

– Возвращаться в Россию сейчас рискованно, – согласился он.

Надо было не разрешать ему к ней подсаживаться. Надо было вспомнить Лизу и погрустить.

Она не собирается ни с кем обсуждать Мишу!

Власта помахала официанту, расплатилась и быстро пошла к выходу. А доехав до дома, почувствовала слабый укол неловкости.

Наплевать, успокоила себя Власта. Я его никогда больше не увижу.

Неожиданно она опять почувствовала себя такой одинокой и никому не нужной, что захотелось немедленно поговорить хоть с кем-то. Войдя в квартиру, она торопливо разделась и набрала маму.

Власта, не включая свет, прошла на кухню. Заснеженные деревья за окном казались нарисованными.

Денис сомневается, что Лиза ушла из жизни сама…

– Мам, ты давала Лизе снотворное?

Власта сразу сказала полицейскому, что врач.

Она не сказала, что выписывала снотворное маме.

В трубке стояла тишина.

– Давала, – мама заговорила устало и совсем тихо. – Дала еще летом, когда Игорька похоронили.

– В квартире была упаковка? – напряглась Власта.

– Пустая упаковка лежала на столе. Я сунула ее в карман, пока ждала полицию.

– Зачем? – с тоской спросила Власта.

– Сама не знаю. Испугалась чего-то… Теперь жалею.

Мама испугалась. Перед ней лежала мертвая Лиза, а на столе пустая упаковка таблеток.

Снотворное было сильным, но не относилось к наркосодержащим, им можно было делиться с кем угодно. Но мама могла этого не знать.

Если бы полиция нашла упаковку, версия самоубийства была бы самой убедительной.

Но у полиции возникли бы вопросы, а у мамы и того неприятностей хватает. Фирма Антона успешно работала в мирное бессанкционное время.

– Твоей вины нет, мам.

– Есть! Я устала от Лизы. Она никому не навязывалась, ты же знаешь, но я все время о ней беспокоилась. Я устала от этого беспокойства. Мечтала, чтобы она вышла замуж, и я могла бы о ней забыть.

– В таком случае мы все виноваты.

– Да! Мы все виноваты. Мы ей не помогли.

– Антон знает про таблетки?

В трубке послышались тихие гудки, сообщая о поступившем вызове.