Я тоже захлопнула перед его носом дверь, и он, кажется, это понимает, ведь глядит на меня чертовски пристально и не реагирует, когда забираюсь ладонями под край его футболки.
Мои прикосновения полны требовательности и желания, но голого. Я ни черта не отдаю, только беру, когда прижимаюсь к напряженному мужскому телу своим. Чтобы соединить наши губы, мне приходится обвить руками его шею и потянуть на себя.
Холод голой механики, которую я сама породила, меня устраивает. Холод тоже способен обжигать, только этим ожогам не пробраться под кожу!
Холод или нет, но он кружит голову, когда упрямо ласкаю твердые губы.
В ответ я получаю напор. Горячий, знакомый, но ни черта не отдаю взамен. Даже стоя на коленях между широко разведенных мужских ног, я только беру. Дыхание, стон удовольствия, жесткая рука в моих волосах…
— Фак… — проносится по комнате хриплый голос.
Я погружаю в рот набухшую головку, водя рукой по каменному члену, и наслаждаюсь дрожью, которую вызывают мои ласки.
Сидя на диване, Денис толкает бедра мне навстречу, гримаса удовольствия на его лице подхлестывает мое либидо, но, даже седлая его бедра, я вижу в полуприкрытых глазах тот самый пристальный штормовой взгляд.
Будто мужчина подо мной хотел бы чего-то большего, чем гребаный механический минет и секс, в котором я не позволяю себе раствориться без остатка.
Глава 46
Моя машина снова на ходу.
Чтобы отблагодарить папу за помощь, я приглашаю его вместе пообедать.
Он с самого утра возился с моей резиной. Когда я к нему присоединилась, еще не было полудня, так что мы успели на завтрак в «Елки».
В последний раз вот так вдвоем мы проводили время очень давно. Задолго до того, как в моей жизни произошел резкий поворот, так что я даже рада обстоятельствам со своей резиной.
У меня больше часа до приема у гинеколога. Я не торопясь озвучиваю папе меню. Сама я сейчас съела бы лошадь, ведь в последние двое суток о еде вспоминала, только когда в желудке от пустоты начинало звенеть.
В довольной расслабленности отец позволяет за собой поухаживать. Я выставляю на стол наши тарелки, которые забрала с кухни, раскладываю приборы."
"— Может, когда-нибудь ты и с отцом по Питеру прогуляешься, — замечает он. — Составишь мне компанию. Там теперь, наверное, все поменялось.
— Крейсер на том же месте, — успокаиваю я. — Дворцовая тоже.
Он посмеивается, дожидаясь, пока я усядусь напротив.
