Под маской моего мужа (СИ)

Нам нужно сразу же уехать!

— Возьми все документы свои, пожалуйста, — мой голос подводит меня, не желая звучать уверенно и ровно. — Я скину, куда приехать. И я тебя умоляю, не говори никому. И не разговаривай ни с кем. Я всё тебе объясню сам.

— Хорошо… только… Я не смогу приехать. Мне плохо. Забери меня, пожалуйста, Ром.

— Откуда?

— Недалеко от дома моего отца. Ресторан с террасой…

— А. Помню. Я буду сейчас, детка. Я люблю тебя… очень-очень!

Не дослушивая, она скидывает вызов. Подрываюсь, на ходу засовывая за пояс ствол.

На секунду возвращаюсь за деньгами. В глаза бросается перевёрнутая рамочка с нашим фото. Теряю ещё минуту на то, чтобы оторвать задник и вытащить фотку. Её я тоже хочу забрать. Залетаю на ходу в кроссовки и, поправив язычок, захлопываю дверь. Торопливо завожу машину с брелка и, не прогрев, срываю её с места. В груди колотится. Разговор не будет простым. Я уверен, что она не примет это всё спокойно. И нам нужно место, из которого у неё не получится сбежать, если я не захочу отпустить её.

На дороге я нарушаю и превышаю, очень надеясь, что по пути не встречу патрули. И мне везёт сегодня. Выжимая тормоз, торможу тачку поперёк парковки у террасы ресторана, куда она просила подъехать. В эмоциях хлопаю дверцей.

— Эй! — окликает меня парковщик. — Ваша машина мешает проезду.

— Я на минуту! Жену заберу, и всё… — прохожу мимо него.

Кровь бросается в лицо от мысли, что увижу её наконец и смогу сбросить с себя бремя этой ужасной игры, рассказав ей всё. Слепо оглядываю столики. Большая часть пустые. Из колонок звучит Каас с чем-то блюзовым. Или не она?

«Ты позвонишь и скажешь: я так по тебе скучала, давай всё начнем сначала, а вдруг?..»

Это слегка расслабляет и, выдыхая, я наконец-то отыскиваю взглядом Леру. Мы встречаемся взглядами. Как завороженный, иду к ней. Где-то глубоко внутри бьётся что-то тревожное…

«Не позвонишь и не скажешь: я так по тебе скучала… давай всё начнем сначала…»

— Привет… — шепчу я, останавливаясь перед ней.

— Здравствуй.

Бледная… Уставшая… Замученная.

— Прости… — сглатываю ком в горле.

И мы молчим. Замечаю, как по её лицу идёт судорога боли.

— Это всё… правда? — хватается она рукой за горло.

Ах, ты ж, твою мать! Рассказали?

— Лер…

Смотрю на её дрожащие губы.

— Нам нужно уехать отсюда. Прямо сейчас. И я тебе всё объясню.