Под маской моего мужа (СИ)

Музыка ведёт мой взгляд вверх, и там напрашивается потолок типа гротового, а не ровный геометричный. И двери тоже геометричны, и арки… и даже лестница.

— Пространство не соответствует интерьеру?

— Ты прекрасный специалист. Я избалован архитектурой Италии. Здесь же ощущение вертикально-горизонтального Версаля. Как ни играй с интерьером, уюта не возникает.

— Мы сделаем в новом доме гораздо уютнее, я понимаю, чего ты хочешь. Плавные линии, арки, своды, ассиметричные переходы…

Прислушиваюсь к музыке.

— Взять бы ещё консультацию у акустика.

— Обязательно найму спеца. Музыка — это важно.

— Но у тебя здесь всё равно очень светло и хорошо.

— Стерильно… — морщится он. — Я устал от этого места… и от себя. Хочу какой-то новый виток… Пообедаешь со мной? Или в комнату принести?

— Ммм… — не хочу оставаться наедине с собой, разговоры про работу отвлекают. — Пообедаю. Спасибо.

— Что ты любишь?

— Ничего не могу припомнить сейчас…

— Твоя мама очень любила жульен и утку по-пекински, мой повар прекрасно это готовит.

— Пусть будет жульен.

— На десерт?

— Снотворное.

— Лера… — немного осудительно и строго. — Тебе сейчас нужно что-то сладкое. После такого стресса.

— Тогда — что угодно. Извини, Георг. Не хочу тебя грузить на самом деле.

— Не думай об этом. Я рад твоей компании.

Прислуга приносит Базиля, отпускает его на пол. Он радостно несётся ко мне по ковру серебристого цвета, сливаясь с ним.

— Хороший щенок. Спасибо за выбор. Один раз у меня такого увели прямо из рук…

— Кто? — бормочу я.

— Одна бескомпромиссная женщина. Я пытался за него бороться, но у неё был непобедимый аргумент.

— Какой? — на автомате поддерживаю разговор.

— Ты. Твоя мама забрала его для тебя. Такому аргументу мне было нечего противопоставить.

— Оу… — оживаю вдруг я, пытаясь переварить сказанное.

Не отрицая и грустно улыбаясь, он смотрит куда-то в своё прошлое мимо меня.

— У тебя был роман с моей мамой?

Отпускает щенка на пол. Тот осторожно обнюхивается.

— Я был когда-то влюблен в неё, да, — уклончиво отвечает он, усмехаясь в своей манере.

— Спасибо за Рока, — сжимаю его руку. — Не знаю, как бы я выжила без него после смерти мамы.

— Давай об этом тоже не будем?

Мы вдруг мгновенно становимся ближе.