Под покровом ночи

— Зачем ты приехал в город? Я не ожидала тебя здесь увидеть.

— Я решил, что сегодня ничуть не хуже, чем через неделю, — сказал он, легко поспевая своими длинными ногами за ее быстрым шагом. — Не спеши так, сегодня слишком жарко, чтобы бегать наперегонки.

Ее машина была припаркована в конце ряда.

— Ты серьезно хочешь, чтобы я тоже присутствовала на совещаниях?

— Совершенно серьезно. — Он надел солнечные очки, и теперь Роанна не могла увидеть выражения его глаз. — Люсинда поет тебе дифирамбы, ты в курсе всех дел, и я был бы дураком, если бы не использовал твой опыт.

Роанна никогда не думала о возможности работы с ним. Она была готова к тому, чтобы о ней забыли, даже попросили уехать из поместья, но только не это.

Когда они подошли к машине, Уэбб взял у нее ключи и, открыв перед ней дверцу, вернул их ей обратно. Переждав, пока раскаленный воздух внутри машины охладится, она села за руль.

— Будь осторожна, — сказал он и захлопнул дверцу.

Отъезжая от стоянки, Роанна взглянула в зеркало заднего вида.

Его широкоплечая длинноногая фигура стала быстро уплывать. Он смотрел ей вслед. Взглянув на дорогу, она нажала на газ.

Открыв дверцу своей машины, Уэбб сел за руль. Импульс, побудивший его поехать в город,

был прост, но силен. Он хотел увидеть Роанну. Больше ничего. После всего, что он узнал от Люсинды, в нем снова возродился прежний инстинкт защитника, и он захотел удостовериться, что с ней все в порядке.

Она была более чем в порядке — спокойно и непринужденно разговаривала с Четом Форристером.

Теперь он понял, что имела в виду Люсинда, говоря, что Роанна очень изменилась. Эта молодая женщина — сдержанная, собранная, умеющая держать людей на расстоянии, больше не нуждалась в его защите, и внезапно он с горечью почувствовал себя лишним.

За свою выдержку Роанна заплатила очень дорого — частицей собственной жизни, но ее броня теперь была крепка.

Когда он вошел в двери Давенкорта сегодня утром Я увидел, как она спускается по лестнице — элегантная молодая леди, не имеющая ничего общего с худым, растрепанным подростком, которого он знал когда-то, этот контраст снова поразил его.

Он видел стройное тело под шелковым нарядом, ее гладкую кожу, которая спорила с гладкостью шелка, вспоминал теплую нежность ее упругих грудей, которые ласкал той долгой ночью в мотеле.

Боже, он помнил каждую деталь, каждый миг! Эти десять дней, что они не виделись, Уэбб не спал и не мог думать о работе, мечтая только об одном — скорее увидеть ее снова.