Под покровом ночи

Когда сегодня утром он вошел в дом и увидел Роанну, им внезапно овладело чувство собственника. Она принадлежала ему, и он хотел ее, хотел так сильно, что стали дрожать руки. Ему понадобилось все его самообладание, чтобы не взбежать по ступенькам, не схватить ее на руки и не унести в одну из свободных комнат, где он смог бы снова заняться с ней любовью.

Он сдержался только по одной причине. С обезоруживающей откровенностью Роанна сказала, что, стоило ему только поманить ее пальцем, ока беспрекословно пошла бы за ним.

Уэбб сжал горячий руль. Он сказал ей, что вернется домой, если она переспит с ним, и она сразу же согласилась. Почему? Ради Люсинды? А что чувствовала сама? Он не хотел, чтобы Роанна отдавалась ему только потому, что чувствовала себя виновной перед ним, или из чувства долга пред Люсиндой, или из-за своего детского обожания. Он не был героем, черт побери, он был мужчиной и хотел, чтобы она желала его как мужчину и чтобы к этому не примешивались никакие другие соображения.

Капля пота попала ему в глаз и, тихо выругавшись, он включил зажигание, чтобы привести в действие кондиционер.

Он дождется, что у него будет тепловой удар от сидения в закрытой машине под палящим солнцем. Он любит Роанну. Десять долгих лет назад его маленькая кузина поцеловала его, и только тогда он понял, как сильно хочет ее, и испытал чувство вины. Все было против них: ее юность, его женитьба. Но у него было больше опыта, а значит, он нес перед ней ответственность за то, что сделал или собирался сделать. Хотя его брак был на грани распада, он все еще был женат и не должен был отвечать на ее поцелуй. В том, что случилось, был виноват только он, а не Роанна, а она все еще пыталась искупить свою вину.

Теперь между ними больше не существовало прежних барьеров. Он не был женат, а она из подростка превратилась в женщину.

Уэбб включил первую скорость. Неужели он забыл о своей мужской гордости? Она должна принадлежать ему не из-за Давенкорта, не из-за чувства долга. Она должна стонать от наслаждения под страстной лаской его рук только потому, что желает его.

Этот подонок вернулся. Весь округ был взбудоражен этой новостью. Харпер Нили закипал от гнева каждый раз, как слышал имя Уэбба Тэллента. Его не было десять лет, а теперь он вернулся и начнет изображать из себя джентльмена, как будто ничего не произошло. Этот тупой, толстозадый шериф не арестовал его из-за недостатка улик, но все знали, что он подкуплен. Семейка Давенпортов никогда не платила за то, что творила.